В начало
В начало
О программе
О программе

 
Тематические обзоры
Тематические обзоры

Типология регионов
Типология регионов

 
Портреты регионов
Портреты регионов

 
Интегральные
       индексы

Интегральные индексы
 
Грантовая программа
       в регионах

Грантовая программа в регионах
 

Независимый институт социальной политики


Социальный атлас российских регионов / Портреты регионов


Республика Калмыкия

Социальные преимущества: сохранение небольшого естественного прироста населения, более высокое долголетие по сравнению со среднероссийским, значительное снижение младенческой смертности и повышенная обеспеченность кадрами в здравоохранении, значительные расходы бюджета на развитие культуры.

Социальные проблемы: слаборазвитость экономики, неустойчивая динамика доходов и высокая дотационность бюджета; доминирование «бюджетной» и неформальной занятости, устойчиво высокая безработица из-за минимального числа новых рабочих мест и входа на рынок труда многочисленной когорты молодежи; низкие и стагнирующие доходы населения при очень высоком и растущем уровне бедности; устойчивый миграционный отток, значительно перекрывающий естественный прирост; слаборазвитая инфраструктура и дефицит воды в большинстве населенных пунктов; деградация межселенного общественного транспорта; межэтническая напряженность в некоторых районах концентрации мигрантов из республик Северного Кавказа.


Заселение Нижнего Поволжья калмыками началось в первой половине XVII в. Они выполняли важную для России задачу охраны юго-восточных рубежей, получив взамен относительную свободу в делах внутреннего управления. Благодаря связям с Тибетом среди калмыков утвердился буддизм, сыгравший важную этнокосолидирующую роль. После упразднения Калмыцкого ханства и ухода в 1771 г. большей части этноса в Джунгарию оставшиеся калмыки перемещаются на правобережье Волги. Начинается более тесное соприкосновение с русско-украинской земледельческой культурой, усиливаются попытки перевода калмыков к оседлому образу жизни. В XIX в. происходит крестьянская земледельческая колонизация этой территории, она направлялась правительством и осуществлялась за счет отчуждения земель вдоль Волги и основных дорог, с последующим переселением туда крестьян из малоземельных центральных губерний страны, а также калмыков, перешедших на оседлость.

После реформы 1861 г. и укрепления позиций России на Кавказе на эти земли устремляется новый поток переселенцев из центральных губерний, что еще более усиливает этническую и хозяйственную чересполосицу в расселении. Наиболее ярко она была выражена вдоль западных и юго-восточных границ, вдоль основных трактов, в окрестностях торговых и ярмарочных поселений. Дополнительным фактором, дифференцирующим разные хозяйственно-культурные уклады, было сохранение рудиментов родовой структуры, традиционалистских форм самоуправления у калмыков.

В советский период Калмыкия была выделена в автономную область, а в 1935 г. преобразована в республику. Одна из трудностей, возникших при проведении и уточнении ее границ в 1920-1930-х гг., — учет чересполосного расселения, возникшего в ходе земледельческой колонизации XIX в. Ряд наиболее освоенных территорий были переданы в Ставропольский край, а основная экономическая ось Калмыкии оказалась “прижата” к ее западной границе. Изрезанность границ современных Городовиковский и Яшалтинский районов связана со стремлением оконтурить относительно небольшую долю титульного этноса в зоне интенсивной земледельческой колонизации.

После депортации калмыцкого народа в 1943 г. вплоть до 1957 г. территория республики была разделена между соседними регионами, превратившись в их периферию. В современных границах она оформилась в 1956 г., после возвращения депортированных калмыков и восстановления автономии. При этом республика утратила несколько сравнительно развитых экономических ареалов: Астраханской области была передана большая часть приволжских Лиманского и Долбанского улусов, в черту Астраханского горсовета был включен поселок Калмыцкий Базар (Приволжье) - «восточные ворота» республики. В этом приволжском поселке начиналась трасса на Элисту и проводилась регулярная скотоводческая ярмарка.

В 1960-е гг. на северо-востоке республики, в зоне Сарпинских озер, началось развитие рисосеяния и овощеводства. Почти на голом месте была создана сеть молодых поселков и крупных растениеводческих сельхозпредприятий. Для развития юго-западных земледельческих районов в поселке Башанта был построен крупный консервный комбинат, ныне недействующий, а сам поселок получил статус города и был переименован в честь героя гражданской войны О.И.Городовикова, близкого родственника руководителя республики 1960-80-х годов.

Расселение. При небольшой численности населения (288,7 тыс. человек на начало 2006 г.) Калмыкия занимает значительную территорию, поэтому плотность населения очень низка - менее 4 чел. на кв. км, что существенно удорожает содержание социальной инфраструктуры. Население республики размещено неравномерно. Основная ось расселения смещена к западной границе, более 60% населения сконцентрировано вдоль трассы Волгоград–Ставрополь, пролегающей по кромке возвышенности Ергени, в зоне с относительно благоприятными для Калмыкии условиями увлажнения.

Слабая заселенность Калмыкии нетипична для юга, однако по низкой урбанизированности она схожа с республиками Северного Кавказа и наряду с соседним Дагестаном, Карачаево-Черкесией, Ингушетией и Чечней относится к регионам с преобладанием сельского населения. Его доля даже немного выросла в постсоветский период за счет преобразования шести поселков в сельские поселения. Доля городского населения составляет только 44%, единственный крупный город из трех существующих – столица республики Элиста (103 тыс. чел). Остальные два города относятся к малым, численность их населения – 10-14 тыс. чел.

Городские поселения Калмыкии относительно молоды. Элиста выросла из переселенческого поселка, основанного во второй половине XIX в., стала городом в 1930 г. и развивалась как республиканская столица, в 1990-е гг. преодолев 100-тысячный рубеж. Лагань (город с 1963 г.) и Городовиковск (с 1971 г.) получили городской статус в ходе поздней индустриализации, по облику и условия жизни они мало отличаются от крупных сельских поселений других северокавказских регионов. Численность этих городов, почти утративших свои градообразующие предприятия, уменьшается.

На фоне сокращения численности населения в 1990-е гг. происходила его концентрация в столице (табл. 1). В Элисте вместе с пригородным Целинным районом, где в последние годы наблюдается небольшой, но устойчивый рост численности, проживает 43% населения республики. Остальные районы делятся на две группы: наибольшие темпы сокращения характерны для периферийных сухостепных районов (на 23-31% за межпереписной период), менее интенсивно уменьшается население “юго-западного аппендикса” — Городовиковского и Яшалтинского районов (на 5-8%), имеющих лучшие природно-климатические условия.

Таблица 1. Динамика численности населения Республики Калмыкия в 1989–2005 гг.

1989 г.

2002 г.

2005 г.

2002 г. к 1989 г.

2005 г. к 2002 г.

тыс. чел.

тыс. чел.

тыс. чел.

%

%

Все население

322,6

292,4

289,8

90,6

99,1

Городское

147,6

129,6

128,1

87,8

98,9

Городское*

117,4

129,6

128,1

110,3

98,9

Сельское

175,0

162,9

161,7

93,1

99,3

Сельское**

205,2

162,9

161,7

79,4

99,3

г. Элиста с подчиненными населенными пунктами

92,0

108,5

107,5

117,9

99,1

г. Городовиковск

11,9

10,9

10,5

91,9

95,8

г.Лагань

15,8

14,3

14,3

90,7

99,8

* без пгт, ставших в 1991 г. сельскими поселениями.
** с пгт, ставших в 1991 г. сельскими поселениями.

Демография и этнический состав. До начала 1990-х гг. Калмыкия входила в число национальных республик с расширенным воспроизводством населения, однако экономический кризис ускорил снижение рождаемости. В 1990-е гг. республика вступила в этап суженного воспроизводства, в 2004 г. суммарный коэффициент рождаемости снизился до 1,77. В Южном федеральном округе более высокие показатели имеют только Дагестан, Чечня и Ингушетия.

Калмыкия - уникальный для России регион, где в постсоветский период численность населения сокращалась на фоне повышенного общего коэффициента рождаемости (13,5‰ в 2004 г.) и сохраняющегося естественного прироста (2,5‰). Миграционный отток, направленный в основном в Московский столичный регион, в меньшей степени в Санкт-Петербург, в Ростовскую область и на Ставрополье, “съел” не только весь положительный естественный прирост, но и небольшой миграционный приток из СНГ середины 1990-х гг. На внутрирегиональном уровне отрицательный естественный прирост отмечается в «притрассовых» районах (Приютненском, Малодербетовском, Сарпинском), а также периферийном Юстинском. Все они имеют значительный миграционный отток населения.

Изменения возрастной структуры связаны со спадом рождаемости в 1990-е годы. Доля детей в возрастной структуре населения снизилась за 1995-2005 гг. с 30 до 22%, но все еще существенно выше доли населения старше трудоспособного возраста, последняя сохраняется на уровне 14%. Вход в трудоспособный возраст многочисленной молодежи, рожденной в предыдущие десятилетия, повысил долю трудоспособного населения с 55 до 63%, она сравнялась со средней по стране. Как следствие, резко выросло давление избыточной рабочей силы на рынке труда республики.

Миграционная ситуация остается крайне неблагоприятной: выезд из республики сочетается с концентрацией населения в столице и пригородном Целинном районе. До начала 2000-х гг. Элиста имела положительное миграционное сальдо, но в последние годы начала терять население в миграционном обмене, хотя пригородная зона еще сохраняет слабовыраженную положительную динамику. Небольшое положительное миграционное сальдо также имеют Лаганский район, живущий за счет моря и близости к Астрахани, и земледельческий Яшалтинский районы, где больше возможностей для самозанятости населения, ведения личного подсобного хозяйства. Максимальный отток в Яшкульском и Ики-Бурульском районах с худшими природно-климатическими условиями, в первую очередь из-за безводности.
Рис. 1. Соотношение среднегодового коэффициентов естественного и
миграционного прироста в 1999–2004 гг. по районам Калмыкии, ‰

Сдвиги в этническом составе населения Калмыкии типичны для многих республик. За межпереписной период 1989–2002 гг. доля калмыков выросла с 45 до 53% (табл. 2). Значительное уменьшение доли русского населения связано как с естественной убылью, так и с устойчивым миграционным оттоком из республики в течение последних пятнадцати лет. Экономические, этнокультурные причины и отсутствие перспектив выталкивают молодежь за пределы республики.

За 1989–2002 гг. снизилась численность представителей северо-кавказских народов – даргинцев, кумыков, аварцев, которые в 1990-е гг. возвращались в Дагестан, а также казахов. Заметной потерей для сельского населения юго-западных районов (Яшалтинского и Городовиковского) стала иммиграции трех четвертей немецкого населения. С чеченцами ситуация сложнее: на фоне снижения официально зарегистрированной численности в целом по республике, в южных приграничных районах (Ики-Бурульском, Черноземельском, Приютнинском) и в Элисте их доля растет. В последние пять лет лишь чеченцы, наряду с калмыками, имели положительный миграционный баланс.

В 1990-х гг. в юго-западных районах республики появились более 3 тыс. чел. турок-месхетинцев. Их отличают большие по размеру семьи, высокая степень экономической автономности благодаря самозанятости в сельском хозяйстве, специализация на выращивании овощных культур, в первую очередь лука. Близкую к туркам-месхитинцам хозяйственную специализацию имеют и корейцы, численность которых выросла в два раза (с 0,6 до 1 тыс. чел.).

Таблица 2. Национальный состав населения Калмыкии по данным переписей населения в 1989 и 2002 гг., %

Районы

Калмыки

Русские

Даргинцы

Чеченцы

Казахи

Украинцы

Немцы

Прочие

2002

1989

2002

1989

2002

1989

2002

1989

2002

1989

2002

2002

2002

Респ. Калмыкия

53,3

45,4

33,6

37,7

2,5

4,0

2,0

2,6

1,7

1,9

0,9

0,6

5,4

Городовиковский

24,3

22,9

59,1

58,9

0,1

0,2

0,6

0,4

0,1

0,1

2,4

3,4

10,0

Ики-Бурульский

68,5

54,3

10,6

13,6

13,4

18,8

1,3

2,9

0,4

0,3

0,4

0,3

5,0

Лаганский

52,6

51,3

32,4

32,4

0,6

1,0

1,4

1,5

6,5

6,3

0,3

0,1

6,0

Малодербетовский

49,3

43,9

44,2

45,4

1,7

3,1

1,7

2,5

0,2

0,3

0,5

0,1

3,5

Октябрьский

65,0

52,4

18,4

26,8

1,9

3,5

2,4

2,6

0,7

0,9

1,3

0,3

10,1

Кетченеровский

86,2

78,9

9,1

10,8

1,3

3,8

1,6

3,6

0,5

0,4

0,3

0,0

1,0

Приютненский

28,9

27,3

58,5

60,6

4,2

4,3

4,8

3,5

0,1

0,2

0,8

0,0

2,7

Сарпинский

29,7

29,7

57,1

56,5

3,7

2,9

4,6

4,5

0,3

0,3

1,1

0,1

3,4

Целинный

53,1

45,0

35,7

37,8

3,5

5,7

3,5

4,7

0,3

0,2

1,0

0,2

2,7

Черноземельский

50,8

41,3

14,1

18,2

11,7

15,5

7,3

6,6

2,9

3,3

0,4

0,1

12,7

Юстинский

76,9

69,1

8,9

9,9

0,4

1,1

0,3

3,6

11,4

13,0

0,3

0,2

1,7

Яшалтинский

9,6

9,6

56,3

58,4

2,6

2,9

3,0

2,9

0,1

0,1

1,9

3,4

23,3

Яшкульский

59,4

51,8

15,7

16,6

7,6

9,5

4,7

5,8

7,4

6,6

0,5

0,2

4,7

г. Элиста

63,3

49,6

31,7

44,7

0,2

0,3

0,7

0,4

0,6

0,4

0,7

0,2

2,7

В постсоветский период Калмыкия была относительно спокойным субъектом Северного Кавказа, но конфликтные ситуации возникали и на ее территории. Наиболее проблемна полоса, прилегающая к трассе Элиста–Волгоград, где в условиях дефицита рабочих мест сталкиваются экономические интересы русскоязычных жителей и недавних выходцев из северокавказских республик. Кроме того, противоречия возникают и на юго-востоке республики, где происходит постепенная смена этнического состава населения и усиливается конкуренция за ресурсы, в первую очередь, в сфере рыболовства. В последние годы конфликтность снижается, это связано с оттоком наиболее мобильной и активной части молодежи за пределы республики, развитием самозанятости, увеличением доли жителей, получающих пособия и субсидии, которые в условиях Калмыкии имеют существенное значение.

Экономика. Республика Калмыкия относится к группе слаборазвитых субъектов РФ, ее душевой ВРП в 2004 г. составлял 46% от среднего по регионам России (с корректировкой на стоимость жизни). Особенность экономики республики в начале 2000-х гг. – статус внутреннего офшора, благодаря которому показатели ВРП существенно выросли в связи с регистрацией на ее территории компаний из других регионов. Однако с утратой этого статуса после изменения федерального законодательства в 2003 г. объем ВРП Калмыкии резко снизился (рис. 2). Среди регионов Северного Кавказа Калмыкия, наряду с Ингушетией и Адыгеей, входит в группу аутсайдеров по совокупной динамике экономического роста за 1996-2004 гг.
Рис. 2. Динамика ВРП, в % к 1996 г.

Структура экономики Калмыкии подтверждает наличие серьезных проблем развития. Доля нерыночных (бюджетных) услуг в экономике достигает трети, второй по значимости отраслью экономики остается экстенсивное сельское хозяйство (табл. 3). Даже на фоне слаборазвитых республик Северного Кавказа Калмыкия выделяется недоразвитостью промышленности и сектора рыночных услуг.

Таблица 3. Структура ВРП республик Южного федерального округа

Промыш-ленность

Сельское хозяйство

Услуги

в т.ч. торговля и коммерческая деятельность

в т.ч. нерыночные услуги

РФ (сумма регионов)

30,7

6,0

53,9

21,6

9,1

Респ. Калмыкия

9,4

15,4

55,5

8,4

31,8

Респ. Ингушетия

14,9

14,4

60,9

14,8

38,2

Респ. Адыгея

16,2

14,5

57,4

15,7

27,3

Респ. Карачаево-Черкесская

19,5

20,2

50,8

15,7

23,0

Респ. Северная Осетия

14,2

18,3

58,4

19,4

21,3

Респ. Дагестан

13,1

28,7

47,7

18,3

17,4

Респ. Кабардино-Балкарская

14,6

32,9

43,2

18,9

13,8

Промышленность в Калмыкия и ранее была слаборазвитой, а за переходный период объемы производства сократилось почти в 4 раза. В 2005 г. они составляли 27% от уровня 1990 г., в то время как в среднем по РФ – 74%. На территории республики ведется незначительная добыча нефти, которая дает более трети промышленного производства. При отсутствии крупных электростанций половина промышленного производства приходится на электроэнергетику - это явный индикатор слаборазвитости. Не развиты местные предприятия по переработке сельскохозяйственного сырья: на долю пищевой промышленности приходится менее 5% промышленного производства, легкой – менее 1%. Ситуация почти не улучшается: в годы экономического подъема рост промышленного производства в Калмыкии был минимальным, его объемы восстановились до уровня 1997 г., худшую динамику на Юге имеет только Ингушетия.

Сельское хозяйство – ведущая отрасль экономики, в нем доминирует пастбищное животноводство (овцеводство, разведение крупного рогатого скота), только в западных менее засушливых районах развито земледелие. По данным Росстата, поголовье скота сократилось в 3-4 раза за переходный период, однако достоверность статистики низка из-за недоучета скота в хозяйствах населения. Сельская экономика быстрее выходит из кризиса. Показатели производства земледельческой продукции нестабильны из-за засушливого климата, но в животноводстве отмечается устойчивый рост с 2000 г. Особенно выделяются фермерские хозяйства, в которых индекс физического объема продукции за 1999-2004 гг. составил 8,7 раз, и хозяйства населения (1,8 раз). Сектор частных хозяйств доминирует в сельской экономике: на долю хозяйств населения приходится 43-46% производства сельскохозяйственной продукции, на фермерские хозяйства – до 20% (2004 г.), на общественный сектор – только 37%. Позитивную динамику развития агросектора подтверждает рост поголовья скота за 2005 г. на 14-15%.

Перспективы экономики задаются инвестиционным процессом. Максимальный объем инвестиций пришелся на 2000 г., в период строительства центра шахматной олимпиады «Чесс-Сити». Основным источником инвестиций были бюджетные ресурсы: республика получала дополнительные налоговые поступления в свой бюджет, используя режим внутреннего офшора, и финансовую помощь из федерального бюджета. Однако к 2003 г. инвестиции сократились в три раза (табл. 2). В последние годы отмечается небольшой рост, но душевые показатели инвестиций в 2,5 раз ниже среднероссийских (с корректировкой на коэффициент удорожания капитальных затрат). Даже при столь низких показателях Калмыкия опережает большинство республик Южного федерального округа. Более 2/3 инвестиций в 2005 г. осуществлялось из бюджета, в основном регионального (46%). При низкой инвестиционной активности в республике создается мало новых рабочих мест, что повышает напряженность на рынке труда.

Таблица 4. Душевые инвестиции в основной капитал в республиках ЮФО
(с корректировкой на коэффициент удорожания капзатрат)

2000 г.

2001 г.

2002 г.

2003 г.

2004 г.

2005 г.

Российская Федерация

7,9

10,3

12,1

15,1

19,0

24,6

Южный федеральный округ

5,9

7,3

8,1

9,3

10,5

13,5

Респ. Калмыкия

21,5

15,8

15,7

8,3

9,1

10,4

Респ. Карачаево-Черкесия

1,4

4,0

5,0

5,7

6,4

13,9

Респ. Дагестан

1,4

3,2

3,1

4,2

5,2

9,2

Респ. Северная Осетия

2,4

3,2

4,1

5,1

5,4

6,8

Респ. Кабардино-Балкария

2,7

3,9

5,2

6,1

5,8

6,4

Респ. Адыгея

2,8

3,4

4,3

5,7

4,6

5,9

Респ. Ингушетия

2,4

3,4

1,5

1,8

1,7

3,7

В социально-экономическом измерении территория Калмыкии делится на четыре зоны. Наиболее развитая полоса тяготеет к трассе Волгоград—Ставрополь и смещена к западной границе. Здесь, вдоль кромки возвышенности Ергени, обеспечивающей лучшие условиях увлажнения, располагалась наиболее плотная сеть переселенческих и торговых поселков среди калмыцких кочевий. Из таких поселков выросла Элиста и ее пригороды — Троицкое и Вознесеновка. В Элисте сконцентрирована большая часть промышленного потенциала республики, вернее того, что от него осталось. Среди действующих — предприятия строительных материалов, пищевой промышленности (Аршанский мясокомбинат, спиртзавод), легкой промышленности (трикотажная, швейная фабрика, шерстомойные производства). Все они работают не на полную мощность, обслуживая внутренние нужды республики. На столицу приходится 37% населения республики, 44% инвестиций, 58% промышленнного производства, 64% оборота торговли и 67% собранных налогов.

Юго-западные Городовиковский и Яшалтинский районы оторваны от основной части республики и связаны с ней через Ипатовский район Ставрополья, к которому они тяготеют экономически и культурно-исторически. Это районы с наилучшими в Калмыкии агроклиматическими условиями и наиболее диверсифицированным сельским хозяйством: кроме традиционных отраслей животноводства (разведение КРС, овцеводство, коневодство) развито земледелие. В советский период действовал крупный консервный завод — градообразующее предприятие Городовиковска.

Третий экономический ареал республики — волжско-прикаспийский. После восстановления автономии в 1956 г. часть коридоров-выходов к Волге осталась в пределах Астраханской области. За Калмыкией сохранился выход к Волге в районе Цаган-Амана, а также часть каспийского побережья. Основные отрасли хозяйства — добыча и первичная переработка рыбы. Однако Лаганский рыбоперерабатывающий завод почти не работает, поскольку большая часть улова сдается перекупщикам и на предприятия Астраханской области. Тем не менее, рыбная отрасль остается основой экономики и самозанятости населения, преимущественно теневой.

Центральные и южные районы — Яшкульский, Черноземельский, Ики-Бурульский — животноводческие по своей традиционной специализации. В Ики-Бурульском районе располагаются небольшие и сильно выработанные месторождения природного газа, которые начали разрабатываться еще в 1960-х гг., от них был проложен первый газопровод в Элисту. Также с территории этого района столица в значительно степени снабжается водой, поступающей по водоводу из Чограйского водохранилища. На протяжении большей части 1990-х гг. он бездействовал, но сейчас реконструирован, в Элисте построен новый водонакопитель. На Черноземельский и соседний с ним Лаганский районы приходится треть производимой республикой промышленной продукции. Почти вся она связана с небольшой нефтедобычей, рассредоточенной по мелким промыслам, эксплуатируемых несколькими разными компаниями. По территории республики проходит трасса Каспийского трубопровода (КТК), доходы от которого, приходящиеся на долю республики, в последние годы были сильно урезаны.

Занятость и рынок труда. Численность экономически активного населения в 2005 г. выросла до 144 тыс.чел. благодаря вхождению в трудоспособный возраст более многочисленной когорты молодежи (в 2004 г. -137 тыс. чел. по данным Росстата). Уровень экономической активности населения в 2005 г. вырос до 66,5% в возрастах 15-72 лет и сравнялся ос среднеросийским. Уровень занятости заметно ниже - 54,5% в этих же возрастах и 61,6% в трудоспособном возрасте. Всего занято в экономике 115,5 тыс. чел., при этом на крупных и средних предприятиях работало только 60,5% занятых.

Проблемы рынка труда отражают взаимовлияние возросшей численности трудоспособного населения, неблагоприятной экономической ситуации и долговременных трансформаций структуры экономики. В структуре занятости сокращается доминирующая аграрная занятость, это долговременная тенденция для слабоурбанизированных территорий (табл. 5). Кроме того, после распада многих сельхозпредприятий занятость в агросекторе частично уходит в тень, превращаясь в занятость в товарном личном хозяйстве. По данным Росстата, в неформальном секторе занято 26% работающих в республике. Одновременно усиливается экономика «бюджетных рабочих мест» с очень высокой долей занятых в управлении, выросшей вдвое за десять лет. Слаборазвитость рыночных услуг в республике подтверждается очень низкой долей занятых в торговле и медленным ростом этого показателя по сравнению со средним по стране. Понижена также занятость на транспорте и в услугах связи.

Таблица 5. Структура занятых по отраслям экономики Калмыкии, %

Отрасли

Калмыкия

РФ

1995 г.

2004 г.

2004 г.

Социальная сфера

24,2

26,4

18,0

в т.ч. образование

13,0

13,2

9,0

здравоохранение и соц.обеспечение

8,5

9,9

7,1

Сельское хозяйство

33,3

26,1

10,4

Торговля и общепит

7,3

10,4

7,2

Управление

4,5

8,8

4,8

Промышленность

9,5

7,9

21,5

Транспорт и связь

5,9

6,7

8,0

ЖКХ

4,0

4,9

4,8

Строительство

6,1

4,2

7,9

Легальный малый бизнес развит слабо, доля занятых в малом предпринимательстве от общей численности занятых не превышает 2-3% (в РФ –12%) и в последние годы сокращается. Столь низких показателей занятости в малом предпринимательстве нет ни в одной республике Юга, кроме Ингушетии. Доля предпринимателей без образования юридического лица (ПБОЮЛ) в Калмыкии также низка – 5% от общей численности занятых, это намного ниже, чем в других республиках Южного федерального округа (9-30%) со схожими проблемами развития. В Калмыкии, не имеющей устойчивого предложения рабочих мест за пределами бюджетного сектора, пока еще не созданы условия для развития легального малого бизнеса, а самозанятое население концентрируется в теневой экономике.

Временные рабочие места есть в агросекторе в теплый сезон (работа на окоте овец и в сакманах, на посадке, уборке овощей и лука), в рыболовстве в период путины. Зимой рынок труда «схлопывается», поэтому велика хроническая безработица, которая парализует интерес людей к жизни. Кроме того, при сложившейся структуре занятости низка достоверность учета доходов населения.

Незначительное предложение новых рабочих мест и растущее давление молодежи на рынке труда формируют высокую безработицу. По уровню безработицы среди регионов Юга Калмыкия уступает только Чечне, Ингушетии и Дагестану (рис. 3). В первые годы экономического роста ситуация заметно улучшилась, но в 2004-2005 гг. уровень безработицы в республике вновь повысился. По данным обследований рынка труда Росстата, гендерные различия в уровне безработицы невелики (23-21%), но различия между городом и селом почти двоекратны: уровень безработицы в городах республики составляет 15%, в сельской местности – 28%. Наиболее высок уровень молодежной безработицы (в возрастах 15-24 года), в 2004 г. он составил 44%, хуже показатель только в Дагестане и Ингушетии. В целом состояние рынка труда Калмыкии остается крайне проблемным и по структуре, и по уровню занятости, улучшение ситуации ограничилось первыми годами экономического роста.
Рис. 3. Уровень безработицы в республиках ЮФО, %

Уровень зарегистрированной безработицы существенно ниже – 3,8% в 2005 г., и он сокращается. Но даже этот, явно заниженный, показатель позволяет оценить существующую напряженность на рынке труда: на одну вакансию в декабре 2005 г. приходилось 12 зарегистрированных безработных. Несмотря на повсеместно высокую долю трудоспособного населения, не попадающего по официальной статистике в число занятых, среди муниципалитетов республики можно выделить две группы с разной ситуацией на рынка труда (рис. 4). Первая — с низкой зарегистрированной безработицей, высокой долей самозанятых, занятых в малых предприятиях или за пределами муниципалитета. Это пригородный Целинный район, где многие работают в столице, а также приморский Лаганский. Вторая группа — периферийные районы с высокой безработицей и высокой долей занятых в крупных, прежде всего сельскохозяйственных предприятиях (Юстинский, Октябрьский, Кетченеровский, Сарпинский районы). В этих муниципалитетах нет альтернативы работе в коллективных сельхозпредприятиях, хотя за этой занятостью часто стоит скрытая безработица. Ики-Бурульский район отличается сокращением занятости в газодобыче и обслуживающих производствах и миграционным давлением со стороны Дагестана.
Рис. 4. Доля зарегистрированных безработных и занятых на крупных и средних
предприятиях от общей численности трудоспособного населения в 2004 г., %

Социально-экономическое положение домохозяйств. Для регионов Юга данные о доходах населения наименее точны из-за высокой доли скрытых доходов. По данным Росстата, в 2005 г. среднедушевые денежные доходы населения Калмыкии оказались самыми низкими среди всех регионов Южного федерального округа и составляют только 30% от средних доходов по стране. Покупательная способность доходов (отношение денежных доходов к прожиточному минимуму) в Калмыкии также одна из самых низких в ЮФО (рис. 5). В 2005 г. этот показатель ухудшился, что можно объяснить ускоренным ростом стоимости прожиточного минимума в республике. В других республиках Юга ситуация была различной, вплоть до стагнации покупательной способности доходов, но сокращения не отмечалось нигде.
Рис. 5. Отношение душевых денежных доходов к прожиточному минимуму (в среднем за год), %

Достоверность данных о структуре доходов населения также невелика. По данным Росстата, в Калмыкии очень высока доля легальной заработной платы в структуре доходов, хотя среднемесячная заработная плата – одна из самых низких в ЮФО. Необъяснима и минимальна дооценка Росстатом скрытой заработной платы в Калмыкии (раздел «другие доходы» в табл. 6), это особенно заметно в сравнении с республиками Северного Кавказа. Получается, что только в Калмыкии низкие легальные заработки сочетаются с низкими скрытыми доходами. Кроме того, в республике очень низка доля доходов от предпринимательской деятельности, но это более объяснимо и кореллирует с неразвитостью малого бизнеса.

Почти четверть доходов населения Калмыкии приходится на социальные выплаты, роль которых велика во всех республиках ЮФО. По данным Министерства финансов Калмыкии, 81% населения имеет право на различные льготы или пособия. Детские пособия получают 22% населения республики, а численность реабилитированных и членов их семей превышает 14%.

Таблица 6. Структура доходов населения в 2004 г., %

Оплата труда

Социальные выплаты

Доходы от предпринимательской деятельности

Доходы от собственности

Другие доходы

РФ

40,5

12,9

11,7

8,3

26,6

Респ. Калмыкия

47,9

22,5

7,9

4,3

17,4

Респ. Ингушетия

28,1

18,0

14,0

0,5

39,4

Респ. Кабардино-Балкарская

25,5

14,6

21,4

3,0

35,5

Респ. Северная Осетия

19,8

31,5

16,5

3,1

29,1

Респ. Дагестан

19,5

13,0

21,3

0,4

45,8

Респ. Карачаево-Черкесия

19,0

26,7

18,6

2,5

33,2

Респ. Адыгея

14,1

38,0

20,9

4,4

22,6

Сомнения в достоверности статистических оценок доходов населения подтверждаются, если сопоставить прямые и косвенные индикаторы доходов. Так, отношение душевых доходов к прожиточному минимуму в Калмыкии составляет 43% от среднего по стране, а обеспеченность автомобилями – 83% от среднероссийской, т.е. различия двоекратны. Значительный размер теневых доходов очевиден, но их трудно выявить, т.к. основную часть таких доходов обеспечивает теневая занятость и содержание неучтенного скота.

Сильные отраслевые различия в заработной плате типичны для всех регионов. Менее развитые из них, в том числе Калмыкия, выделяются значительным отрывом оплаты труда в управлении от средних заработков по региону (рис. 6). В то же время в Калмыкии за пять лет произошло некоторое выравнивание отраслевых различий в заработной плате, за исключением сельского хозяйства, в котором сохраняется минимальный уровень оплаты труда (50% от средней по республике). В бюджетных отраслях выравнивание было частичным, заработки в здравоохранении сократились относительно средних по республике. Но все же по сравнению с 1999 г. занятость в социальной сфере стала менее значимым фактором бедности семей с работающими родителями.
Рис. 6. Отношение средней заработной платы по отраслям экономики к средней по республике, %

За 1995-2000 гг. отношение средней заработной платы в большинстве районов к средней по республике изменилось в худшую сторону. В 2000-е годы с помощью перераспределительной политики удалось несколько поправить положение, сократив отставание большинства слабых районов до уровня 1995 г. Это стало возможным за счет перераспределения доходов более благополучных районов, в которых сохраняется относительно жизнеспособное животноводство — Черноземельского, Яшкульского, а также Элисты, в которых отношение заработной платы к средней по республике за последние пять лет ухудшилось (рис. 7).
Рис. 7. Отношение среднемесячной заработной платы в муниципалитетах к средней по республике, %

Как и во всех менее развитых регионах, неравенство по доходу в Калмыкии ниже среднего по стране: в 2005 г. различия доходов 20% населения с самыми высокими и низкими доходами составляли 6,6 раз (в среднем по РФ – 8,8 раз), а коэффициент фондов в 2004 г. - 11 раз (в среднем по РФ – 15 раз). Основной вклад в неравенство вносят два фактора: отраслевая дифференциация заработной платы и большее число детей в сельских семьях.

Динамика уровня бедности в Калмыкии крайне неблагоприятна, за 2005 г. уровень бедности вырос с 55 до 62%, превысив показатель постоянного аутсайдера ЮФО – республики Ингушетия (рис. 8). Ни в одном регионе страны, за исключением Калмыкии, не отмечалось заметного роста уровня бедности. С учетом того, что экономика Калмыкии растет, хотя и медленно, негативную динамику уровня бедности трудно объяснить объективными факторами - экономическим спадом и т.д. Возникает вопрос, насколько точно в республике рассчитывается прожиточный минимум и нет ли стремления его завысить в целях получения дополнительной помощи из федерального бюджета.
Рис. 8. Уровень бедности в республиках ЮФО, %

Образование, здравоохранение, ЖКХ. Показатели состояния здоровья населения Калмыкии противоречивы. Младенческая смертность резко снизилась (с 16‰ в 2000 г. до 7,6‰ в 2005 г., при средней по РФ – 11‰), хотя на протяжении последних десяти лет этот показатель был хуже среднероссийского. Ожидаемая продолжительность жизни в Калмыкии на два года выше среднероссийской (67,3 лет), но уступает почти всем республикам ЮФО. При этом коэффициенты смертности трудоспособного населения от «неестественных причин» близки к русским областям и хуже, чем в большинстве республик Юга. О социальном неблагополучии свидетельствует и превышение в 1,5 раз уровня заболеваемости активным туберкулезом по сравнению со средним по стране.

По стандартным показателям обеспеченности услугами здравоохранения республика выделяется не только на фоне ЮФО, но и по сравнению со среднероссийским уровнем: по обеспеченности врачами занимает 27-е место в стране, медицинским персоналом – 6-е место. Раздувание бюджетной занятости связано с минимальным предложением рабочих мест в других отраслях экономики (должности среднего медицинского персонала и технического персонала в учреждениях здравоохранения редко остаются вакантными дольше нескольких дней). При этом в периферийных районах ощущается нехватка врачей-специалистов, отдельных категорий учителей, вакансии не заполняются в течение нескольких лет.

Сеть учреждений социальной сферы сократилась незначительно, т.к. система расселения в Калмыкии устойчива: средний размер сельского поселения превышает 600 человек, более 30% населения проживает в райцентрах (без учета Элисты). Но есть проблемы с транспортной доступностью социальных услуг из-за концентрации учреждений в райцентрах при почти не работающем общественном транспорте в районах.

Охват детей дошкольными учебными заведениями ниже 50%, что отчасти объясняется высокой долей сельского населения. Сеть школьных учреждений в постсоветский период практически не изменилась, но число учащихся во вторую смену сократилось до 13,6%. В республике действует один полноценный вуз — государственный университет, главная кузница национальных кадров. В последнее время появились филиалы нескольких московских гуманитарных вузов и таганрогского радиотехнического института. «Законсервированность» системы образования связана как с отсутствием платежеспособного спроса, так и с конкуренцией и привлекательностью для выпускников школ соседних вузовских центров — Ставрополя, Ростова, Волгограда. При неразвитости высшего образования сохраняется конкурентоспособность учреждений начального и среднего профессионального образования, в республике 9 разнообразных по профилю средних профессиональных учебных заведений. В перспективе система светского образования может быть дополнена духовными учебными заведениями. Построенный как по волшебству, с учетом минимального времени и максимальных финансовых средств, хурульный комплекс Элисты претендует на статус ключевого общественно-культурного центра.

Еще в середине 1990-х гг. обеспеченность жильем в Калмыкии была низкой (менее 15 кв. м на чел.), как и благоустройство жилого фонда. Калмыкия уступала почти всем северокавказским соседям и была сопоставима только с Дагестаном (табл. 7). Хотя за последнее десятилетие показатели обеспеченности выросли до 20 кв. м на чел., отставание по благоустройству – остается. Единственное преимущество республики – практически полная газификация. Низкие показатели благоустройства связаны как с преобладанием сельского населения, так и с экологическими проблемами — острой нехваткой воды. Водопровод в доме вовсе не гарантирует наличия в нем пригодной для питья воды, не случайно «городом» в республике называют только Элисту, а не Городовиковск и Лагань. Но даже при таком низком уровне благоустройства чрезвычайно мала доля семей, получающих жилищные субсидии – только 4,8% в 2005 г. При высоком уровне бедности в республике эти цифры выглядят странно, но объяснение простое и оно связано с приоритетами региональных властей в социальной политике: 28% населения Калмыкии получают льготы по оплате ЖКУ.

Таблица 7. Благоустройство жилищного фонда в 2004 г.

Регион

Удельный вес площади (%), оборудованной

Водопроводом

канализацией

центральным отоплением

газом

РФ

75

71

76

70

Респ. Кабардино-Балкария

86

75

86

94

Ставропольский край

77

70

71

91

Респ. Карачаево-Черкесия

73

56

60

84

Астраханская область

70

63

69

85

Ростовская область

68

62

65

81

Волгоградская область

68

66

70

89

Респ. Дагестан

48

35

41

85

Респ. Калмыкия

44

38

55

99

Экологические проблемы республики не ограничиваются безводностью, которая сильнее всего бросается в глаза: большая часть сухостепных районов имеют “безводные” коэффициенты надбавок к заработной плате – от 10 до 30%. В полосе заброшенного строительства Волго-Чограйского канала, тянущейся с юга на север почти через половину республики, земледелие стало невозможным из-за подтопления солеными водами и нарушения водоупорных горизонтов. В результате в Яшкуле – райцентре одного из наиболее сильных животноводческих районов – жители лишены возможности что-либо выращивать на приусадебных участках. Из-за нерациональной организации выпаса и чрезмерной концентрации скота усиливаются проблемы опустынивания уникальных зимних пастбищ — Черных земель.

В целом социально-экономическое положение республики Калмыкия остается проблемным:

  • не преодолен сильнейший спад в промышленности, сократились доходы бюджета после законодательного запрета статуса внутренних офшоров;

  • более заметное улучшение в агросекторе за счет роста производства в частных хозяйствах имеет очень высокую теневую составляющую и поэтому слабо влияет на легальные доходы населения;

  • сочетание низкого уровня развития и низких темпов роста экономики с растущим притоком на рынок труда молодого трудоспособного населения создает сильный дисбаланс спроса и предложения, растет неэффективная бюджетная занятость, не сокращается уровень безработицы;

  • снижение покупательной способности доходов увеличивает и так чрезвычайно высокую долю населения, нуждающегося в пособиях и социальной защите.

Ситуация в Калмыкии хуже, чем в большинстве республик Южного федерального округа, и сопоставима только с явными аутсайдерами – Ингушетией и, отчасти, Дагестаном. На фоне минимальной позитивной динамики развития Калмыкии некоторые важнейшие индикаторы – уровень бедности и безработицы – в последние годы даже ухудшились.

Интегральные индексы. По трем из четырех интегральных рейтингов Калмыкия относится к числу явных аутсайдеров — по индексу инновативности (76 место), демократичности (80 место), кризисного индекса качества жизни (84 место). По индексу развития человеческого потенциала республика в 2004 г. занимала 50-е место за счет более высокой ожидаемой продолжительности жизни.


  
 
Новости | Об институте | Научные программы | Грантовая программа
Единый архив социологических данных | Публикации | Региональная программа | English