В начало
В начало
О программе
О программе

 
Тематические обзоры
Тематические обзоры

Типология регионов
Типология регионов

 
Портреты регионов
Портреты регионов

 
Интегральные
       индексы

Интегральные индексы
 
Грантовая программа
       в регионах

Грантовая программа в регионах
 

Независимый институт социальной политики


Социальный атлас российских регионов / Портреты регионов


Владимирская область

Социальные преимущества: положение вблизи Московской агломерации, способствующее росту занятости путем трудовых миграций, а также созданию в самой области новых рабочих мест и производств, обслуживающих крупнейший рынок страны; высокий уровень урбанизации, улучшающий доступность социальных услуг и благоустройство жилья; сниженное неравенство доходов населения по доходным группам и по муниципалитетам; модернизация прокреативного поведения и низкая младенческая смертность; ускоренное компенсационное развитие высшего образования.

Социальные проблемы: замедление роста отрасли специализации экономики области –обрабатывающей промышленности и, как следствие, самый высокий уровень безработицы в ЦФО и более низкие доходы населения; сильное постарение населения и проблемы его качества - низкое долголетие, пониженный уровень образования занятых, не обеспечивающий необходимой мобильности и конкурентоспособности работников; преобладание небольших монопрофильных промышленных городов и поселков с нестабильным рынком труда, недостаточный человеческий и инвестиционный потенциал для превращения областного центра в развитый центр услуг.


Владимирская область — один из староосвоенных регионов, занимающий центральную часть Волжско-Окского междуречья и сыгравший выдающуюся роль в становлении русской государственности. Благоприятное узловое транспортное положение на пересечении основных речных торговых путей и защищенность окружающими лесными массивами и болотами способствовали перемещению сюда в X–XIII вв. экономического и политического центра Древнерусского государства.

Экономическим ядром Северо-Восточной Руси становится Владимирское ополье, расположенное между Юрьевом-Польским на севере и долиной Клязьмы на юге, современным Кольчугиным на западе и Суздалем на востоке. Более богатые по сравнению с окружающими землями почвы ополья способствовали быстрой распашке и развитию территории, которая стала районом производства продовольствия. На границе с редко заселенными лесными районами возникла цепочка поселений, выполнявших оборонные и торгово-обменные функции. С возвышением Москвы и расширением территории государства хлебопашество в пределах Владимирского ополья не выдержало конкуренции с более южными районами.

Промышленное развитие началось с середины ХVIII в., в окраинных районах с минерально-сырьевыми и лесными ресурсами начал формироваться крупный ареал стекольного производства с центром в Гусь-Хрустальном. В XIX в. под влиянием двух крупных соседних текстильных районов — Московского и Иваново-Шуйского — возникли хлопчатобумажные производства в малых городах вокруг Александрова (Карабаново, Струнино) и в Гусе-Хрустальном, а также льнообрабатывающие производства в Вязниках. Муром, расположенный на стыке гужевых, а позднее железных дорог и волжско-окского речного пути, стал центром переработки сельскохозяйственного сырья, направлявшегося в столицу, а затем центром машиностроения. В середине XIX в. через центральные районы области прошла одна из первых российских железных дорог Москва - Нижний Новгород, а затем две другие дороги через северную и южную периферию - Ярославская и Казанская. Железнодорожное строительство усилило отток населения в более развитые центры, но одновременно способствовало развитию транспортного машиностроения в Муроме и Коврове. В советский период в этих городах были созданы предприятия ВПК, крупным центром разнообразного машиностроения стал Владимир. В Кольчугино на основе старого медного промысла был создан завод по обработке цветных металлов. С 1970-х гг. начал развиваться туризм в исторические города "Золотого кольца" — Владимир и Суздаль. К концу советского периода в экономике Владимирской области сочетались машиностроительная специализация и отрасли, типичные для старопромышленного региона.

Расселение. Владимирская область относится к высокоурбанизированным регионам, доля городского населения составляет 77,5%. Однако крупных городов в области всего три, включая областной центр, в котором проживает около четверти населения (23%). Среди прочих можно выделить исторические города, возникшие как укрепленные пункты Владимиро-Суздальского княжества, и города, получившие свой статус в ходе административной реформы конца XVIII в. За исключением Владимира, Мурома и Коврова, все они оказались в стороне от основных транспортных магистралей и остались небольшими местными центрами с одним-двумя некрупными предприятиями. Третья многочисленная группа городов — бывшие фабричные села и рабочие поселки при предприятиях, получившие городской статус в предвоенный период. Все это обусловило преобладание в области малых монопрофильных городов.

Наиболее плотно заселен транспортный коридор Москва-Нижний Новгород, вдоль которого располагаются цепочка транспортных и промышленных поселков и два крупных города — Владимир и Ковров. В 1977 г. вблизи Владимира был создан новый г. Радужный (бывший город ВПК Владимир-30) с научно-исследовательским испытательным лазерным центром. Зона ополья на северо-западе имеет относительно равномерную сеть сельских и небольших городских поселений, самый крупный - Александров со своей “текстильной” микроагломерацией (Струнино, Карабаново). На юго-востоке древняя сеть поселений во главе с Муромом тяготеет к Оке. На юго-западе, в Мещере, освоенной значительно позднее, каркас расселения составляет разреженная сеть поселков при стеклозаводах и торфопредприятиях и два города — средний по численности населения Гусь-Хрустальный и крошечный г. Курлово.

За период с 1990 по 2007 гг. население области сократилось на 11%. Все города, за исключением наукограда Радужный, имеют отрицательную динамику численности населения. Рост населения Владимира в 2000-е гг. обусловлен присоединением к нему прилегающих населенных пунктов при проведении муниципальной реформы. Быстрее всего сокращается население глубинных районов, особенно южной части области, а в последние годы — и районов вдоль трассы Москва-Нижний Новгород, которые ранее лучше удерживали население, а теперь стали основными поставщиками трудовых мигрантов в Московскую агломерацию и крупные центры Владимирской области. Положительная динамика численности сельского населения в 2000-е гг. объясняется переводом более чем десятка поселков городского типа в разряд сельских поселений в ходе муниципальной реформы. В основном это поселки при небольших стекольных заводах или закрывшихся торфодобывающих предприятиях, расположенные в Мещере.

Таблица 1. Численность населения Владимирской области и ее городов

Время возникновения города

Время получения статуса города

1989 г.

2002 г.

2006 г.

2002 к 1989 г., %

2006 к 2002 г., %

Владимирская область

1653,9

1524,0

1472,6

92,1

96,6

Городское население

1310,0

1213,9

1141,7

92,7

94,1

Сельское население

343,9

310,1

331,0

90,2

106,7

г. Владимир*

1108 г.

1108 г.

369,6

336,9

340,7

91,2

101,1

г. Ковров

XII в.

1778 г.

159,9

155,5

151,6

97,2

97,5

г. Муром

862 г.

1097 г.

142,8

126,9

122,1

88,9

96,2

г. Гусь-Хрустальный*

XVII в.

1931 г.

81,3

70,9

67,3

87,3

94,8

г. Александров

1756 г.

1778 г.

68,2

64,8

63,8

95,0

98,4

г. Кольчугино

1871 г.

1931 г.

45,6

47,1

46,3

103,2

98,4

г. Вязники

1608 г.

1778 г.

45,4

40,4

42,9

88,9

106,3

г. Киржач

XIV в.

1778 г.

36,9**

32,9**

31,5

89,3

95,6

г. Собинка

XIX в.

1939 г.

23,7

21,1

20,2

88,8

96,0

г. Юрьев-Польский

1152 г.

1152 г.

22,2

19,9

19,4

89,5

97,7

г. Радужный

1971 г.

1991 г.

10,0***

17,5

17,8

101,6

г. Лакинск

XIX в.

1969 г.

18,9

17,1

16,4

90,3

95,7

г. Меленки

XVIII в.

1778 г.

18,3

16,3

15,7

89,1

95,8

г. Карабаново

1846 г.

1938 г.

17,5

16,0

15,6

91,7

97,4

г. Покров

XVII в.

1778 г.

16,0

15,9

15,6

99,6

98,0

г. Струнино

XIX в.

1938 г.

18,7

16,1

15,5

86,1

96,4

г. Петушки

1861 г.

1965 г.

20,1

16,5

15,3

81,8

92,9

г. Камешково

нач. XX в.

1951 г.

15,1

14,2

13,9

94,0

97,8

г. Гороховец

1239 г.

1778 г.

15,8

14,5

13,8

92,0

94,9

г. Судогда

XVII в.

1778 г.

14,2

13,3

12,7

93,9

95,4

г. Суздаль

1024 г.

1024 г.

12,1

11,4

11,2

94,1

98,5

г. Костерево

1890 г.

1981 г.

11,8

9,6

9,2

81,6

95,3

г. Курлово

1811 г.

1998 г.

7,9

7,4

7,1

94,2

95,5

* С подчиненными населенными пунктами
** С пгт Красный Октябрь, включенный в состав г.Киржач в 2005 г.
*** 1983 г.

Демография. Владимирская область, как и все постаревшее Нечерноземье, отличается максимальной естественной убылью населения – более 1% в год. При низком уровне рождаемости (9 на 1000 населения) область входит в число самых неблагополучных регионов страны по уровню смертности (почти 20 на 1000 населения). И хотя в 2006 г. показатели смертности несколько улучшились (18,7 на 1000 населения), принципиальных измерений в демографической ситуации не происходит. На муниципальном уровне меньшей убылью отличаются областной центр и расположенный поблизости наукоград Радужный благодаря более молодой возрастной структуре населения.

Возрастная структура населения области типична для Нечерноземья: почти четверть жителей старше трудоспособного возраста (23,9% при средней доле по стране 20,4%), доля детей сократилась за 1990-2005 гг. с 22 до 14,5%. Как и во всей стране, выросла доля трудоспособного населения (с 55,9 до 61,6% за тот же период) вследствие снижения рождаемости и демографической волны, но с 2006 г. начнется ее сокращение из-за сильного постарения населения.

Социально-демографические показатели неоднозначны. Младенческая смертность в последние годы (9-10 на 1000 родившихся) устойчиво ниже средней по стране (12-11 на 1000 родившихся), т.к. высокая урбанизированность обеспечивает лучшую доступность медицинских услуг. Однако ожидаемая продолжительность жизни на два года ниже среднероссийской (63,3 и 65,5 лет соответственно), а для мужчин области она особенно низка – 55-56 лет, и почти не меняется в последние годы, несмотря на рост доходов населения. В итоге демографическая депрессивность дополняется социальной деградацией и низким качеством населения области.

Как и все окружающие Москву регионы, Владимирская область с XIX века отдает наиболее активное и мобильное население в крупнейшую агломерацию страны, массовому миграционному оттоку способствует наличие трех транспортных коридоров (железнодорожных магистралей). Только в период стрессовых миграций 1990-х гг. знак миграций поменялся, область получила заметный приток населения, который в годы пика компенсировал почти треть естественной убыли. Однако с начала 2000-х гг. сальдо миграций стало близким к нулю, и депопуляция вновь ускорилась. По миграционной привлекательности Владимирская область близка к Тульской и Тверской областям, уступая более развитым регионам-соседям (Ярославская область) или регионам, ближе расположенным к столичной агломерации (Калужская область) (рис. 1).

Рис. 1. Коэффициент миграционного прироста (убыли) некоторых регионов ЦФО, на 1000 населения

Внутри области положительное сальдо миграций сохранилось только в некоторых крупных городах и наукограде Радужный. Миграция пока еще подпитывает население Александрова и его района с удобным транспортным сообщением с Московской агломерацией (железная дорога Москва-Ярославль). В городах и районах, расположенных на главном транспортном луче (полимагистраль Москва- Владимир-Нижний Новгород), миграционного притока уже практически нет. Все «примагистральные» районы области, относящиеся к дальней периферии Московской агломерации, стала транзитными зонами для мигрантов из других регионов России и стран СНГ, и в перспективе будет терять население в миграционном обмене. Немалая часть мигрантов наряду с местной молодежью постепенно перемещается ближе к столице – сначала через маятниковую трудовую миграцию, а затем и со сменой места жительства. Мощный «пылесос» Московской агломерации продолжает оттягивать человеческие ресурсы из соседних областей Центра, обеспечивая взамен массовый приток «летнего» (дачного) населения в обезлюдевшую сельскую местность прилегающих к агломерации районов.

Экономика. По величине душевого ВРП Владимирская область относится к группе регионов-середняков, причем к нижней ее части, опережая в ЦФО только полудепрессивные Ивановскую, Брянскую, Воронежскую и Тамбовскую области (рис. 2). Как и в других промышленных областях Центра, экономический спад 1990-х гг. был очень сильным из-за преобладания обрабатывающих отраслей, тяжело адаптировавшихся к рыночной экономике. В годы подъема темпы роста экономики Владимирской области были одними из самых низких в ЦФО – 118% суммарно за 1999-2005 гг., почти вдвое уступая средним по стране (133%) и втрое – темпам роста экономики Московской области (154%). Столь же низкие темпы роста имела только Костромская область. Медленный выход из экономического кризиса - следствие проблемной структуры промышленности и отсутствия крупного (около миллиона жителей) города-центра, в котором всегда быстрее развиваются отрасли услуг.

Рис. 2. Душевой ВРП регионов ЦФО в постоянных ценах 2005 г., тыс. руб. на человека

Доля промышленности в ВРП ненамного выше среднероссийской (40 и 37%, соответственно), но структура этого сектора экономики во Владимирской области совершенно иная: 34% ВРП (или 85% от всего объема промышленного производства) приходится на обрабатывающие отрасли, а в среднем по стране – 20% ВРП. Доля агросектора вместе с лесным хозяйством также значительно выше средней по стране (12 и 5% соответственно), и без лесной отрасли доля агросектора значительна (более 8%), хотя климатические условия области далеко не лучшие. Это следствие общей слабости экономики, в ней нет крупных отраслей-лидеров, особенно сырьевых, поэтому доля менее развитых секторов оказывается выше.

Поскольку промышленность все еще играет особую роль, ее динамика определяет развитие региона. После сильнейшего спада в 1990-е гг., темпы роста промышленности были высокими только в первые годы экономического подъема, как и в ряде других машиностроительных областей Центра (Калужской, Тульской, Тверской). Однако дальнейший рост замедлился из-за проблемных производственных активов, и к 2006 г. область смогла восстановить только 73% от объемов производства 1990 г. (в среднем по РФ – 77%). Динамика за весь переходный период близка к большинству регионов Центра, которые заметно отстают от лидера – Московской области (рис. 3).

В советский период в промышленности доминировали машиностроение, легкая и стекольная отрасли, при этом машиностроение отличалось заметной долей предприятий ВПК, большинство которых, наряду с легкой промышленностью, так и не вышли из кризиса в 2000-е гг. Тем не менее, доля машиностроения в структуре промышленного производства остается самой высокой среди регионов ЦФО – 43% в 2004 г., сопоставимый показатель имеет только Калужская область (40%). В стекольной промышленности часть производств, обеспечивавших советский строительный комплекс, прекратила свое существование, но предприятия по производству стеклотары (пивные, водочные бутылки) более благополучно пережили кризисный период, поэтому доля стекольной отрасли остается высокой (7%, в среднем по стране – 0,5%). Сейчас эта отрасль испытывает растущую конкуренцию со стороны новых предприятий, построенных в Подмосковье, вблизи основных производителей пива. Вместо легкой промышленности (4%) второй по значимости отраслью экономики стала пищевая отрасль (16%), все более ориентирующаяся на московский рынок. В эту отрасль в конце 1990-х гг. пришли иностранные инвестиции, вблизи границы с Московской областью была построена кондитерская фабрика "Покров".

Рис. 3. Динамика промышленного производства в регионах Центра (без областей Черноземья), в % к 1990 г.

Часть промышленных предприятий области адаптировалась к рынку, развивая импортозамещение: радиозавод в Александрове перепрофилирован на сборку дешевых телевизоров из иностранных комплектующих. Есть несколько предприятий с экспортной составляющей: Ковровский механический завод, производящий пользующуюся спросом военную продукцию (стрелковое оружие, гранатометы, ракетную технику) и центрифуги для обогащения урана, Кольчугинский завод цветных металлов, приобретенный в 2000-е гг. Уральской горно-металлургической компанией. Однако положение других крупных предприятий неустойчиво, в том числе известного и старого стекольного завода в Гусе-Хрустальном, Владимирского химзавода и машиностроительных предприятий города, деревообрабатывающих предприятий Судогды. Более мелкие машиностроительные предприятия области в массе своей не оправились от кризиса. Многие проблемные предприятия являются градообразующими, поэтому небольшие монопрофильные города также стагнируют.

Типичной чертой ранней индустриализации является многочисленность промышленных центров, среди которых 4-5 более крупных. На Владимир приходится менее 30% объема промышленного производства, на машиностроительные центры Ковров и Муром, центр пищевой промышленности Покров (Петушинский район) – примерно по 10%, далее следуют центр обработки цветных металлов Кольчугино, машиностроительно-текстильный Александровский район, стекольный Гусь-Хрустальный (рис. 4). Трансформации переходного периода почти ликвидировали только одну отрасль – текстильную, остальные как-то выживают или даже развиваются.

Рис. 4. Объемы производства товаров и услуг по отдельным муниципалитетам в 2005 г., %

Душевые показатели инвестиций в основной капитал (суммарно за 2002-2006 гг.) во Владимирской области вдвое ниже средних по стране. Среди регионов ЦФО она ближе к аутсайдерам – Ивановской и Брянской областям (рис. 5). Это означает, что перспективы ускорения экономического роста в ближайшие годы маловероятны, т.к. старые промышленные активы требуют модернизации.

Рис. 5. Душевые инвестиции в основной капитал за 2002-2006 гг., в % к средним по регионам РФ (РФ=100%)

Занятость и рынок труда. Повышенные показатели экономической активности были характерны для области и в советское время, это связано с высокой урбанизированностью и индустриальным характером экономики, высокой занятостью женщин. Максимальный спад экономической активности произошел в 1990-е гг. (с 73% в 1990 г. до 62% в 1998 г.), но уже к 2003 г. показатели практически восстановились до современного уровня (68,9% населения в возрастах 15-72 лет в 2005 г.), который выше среднего по ЦФО (66,6%) и уступает в федеральном округе только Москве.

Доминирование промышленности в структуре экономики не могло не отразиться на структуре занятых. Владимирская область имеет самую высокую среди регионов России долю занятых в промышленности – более трети от всех занятых (рис. 6), и несмотря на то, что сокращение численности работников этой отрасли было в области сильным – на 40% за 1990-2004 гг. (табл. 2). Несмотря на характерную для всей страны деиндустриализацию занятости, рынок труда Владимирской области остается преимущественно индустриальным. Устойчивое сокращение занятости в агросекторе началось только в 2000-е гг., этим Владимирская область напоминает Черноземье, хотя и не относится к этой зоне. Схожая с югом динамика – следствие низкой конкурентоспособности сильно постаревшего сельского населения и его невысокой мобильности, а также притока мигрантов в 1990-е гг. Однако занятость в сельском хозяйстве будет снижаться с каждым годом из-за сильной депопуляции села.

Рис. 6. Доля занятых в промышленности в наиболее индустриальных регионах России, в % от общей численности занятых

Высвобождавшиеся из промышленности занятые, как и всюду в России, направлялись в торговлю и бюджетную сферу. Занятость в торговле выросла численно почти вдвое, но по доле занятых область все равно отстает от среднероссийского уровня (табл. 2). Отсутствие крупных городских центров и невысокие доходы населения тормозят развитие сектора рыночных услуг, сказывается также и сохранившаяся сверхзанятость в промышленности. В бюджетном секторе занятость заметно росла только в кризисные годы, а с началом экономического роста функция отрасли-«убежища» была исчерпана, наметилось даже сокращение занятости. Здравоохранение и образование с их низкими заработками не престижны и проигрывают конкуренцию промышленности, а для населения ближайших к Подмосковью районов Владимирской области – и заработкам, получаемым с помощью трудовой миграции. Единственная сфера с динамично растущей занятостью – управление, как и во всех регионах с невысоким уровнем экономического развития и доходов.

Таблица 2. Численность и структура занятости населения Владимирской области

Среднегодовая численность занятых, тыс.чел

Доля в численности занятых в экономике, %

Справочно: РФ

1990

1995

2000

2004

2004 к 1990%

1990

1995

2000

2004

2004

Занято в экономике, всего

877,3

711,2

726,4

709,4

81

100,0

100,0

100,0

100,0

100,0

Промышленность

399,8

283,5

245,3

241,3

60

45,6

39,9

33,8

34,0

21,5

Сельское хозяйство и лесное хозяйство

74,9

60,4

76,0

51,7

69

8,5

8,5

10,5

7,3

10,4

Строительство

73,4

49,2

42,0

39,1

53

8,4

6,9

5,8

5,5

7,9

Транспорт и связь

50,0

46,4

51,5

46,9

94

5,7

6,5

7,1

6,6

8,0

Оптовая и розничная торговля, общественное питание и заготовки

59,2

65,5

103,5

109,9

186

6,7

9,2

14,2

15,5

17,2

ЖКХ

38,3

33,1

35,7

37,7

98

4,4

4,7

4,9

5,3

4,8

Здравоохранение и физическая культура и социальное обеспечение

41,7

42,8

41,0

41,4

99

4,8

6,0

5,6

5,8

7,1

Образование, культура, искусство и наука

100,0

88,8

75,2

74,9

75

11,4

12,5

10,4

10,6

10,9

Управление

15,4

22,0

33,9

36,2

235

1,8

3,1

4,7

5,1

4,8

Прочие отрасли

24,6

19,5

22,3

30,3

123

2,8

2,7

3,1

4,3

7,4

Владимирская область имеет повышенный и растущий уровень безработицы по методологии МОТ (11% экономически активного населения в 2006 г.), чем отличается от всех областей, прилегающих к столичной агломерации. И в начале 2000-х гг. безработица в области снижалась медленнее по сравнению с другими регионами Центра. Даже как в депрессивной Ивановской области ситуация на рынке труда значительно лучше (рис. 7). Пример Владимирской области показывает, что в небольших по численности жителей регионах сохраняются проблемы точности измерений занятости из-за небольшой выборки обследований рынка труда, да и в целом точность измерений на региональном уровне относительна, это признает и Росстат. Вряд ли можно объяснить такую динамику безработицы только низкой конкурентоспособностью «старопромышленной» экономики Владимирской области, большой долей монопрофильных промышленных городов и поселков с пониженной мобильностью населения. Ивановская область имеет ту же специфику, но уровень безработицы в ней ниже вдвое. Более достоверной выглядит структура безработных по уровню образования – 30% имеют начальное профессиональное (в среднем по стране – 18%), а такое образование не обеспечивает конкурентных позиций на рынке труда.

Рис. 7. Уровень безработицы (по методологии МОТ) в некоторых регионах ЦФО, %

Для сравнения, показатели зарегистрированной безработицы во Владимирской области (2,2% в 2005 г.) в последние годы почти не отличаются от областей-соседей (кроме пристоличной) и от средних показателей по стране. Почти не отличаются от средних по стране и показатели молодежной безработице (17-19%), и такой индикатор как число безработных на одну вакансию (2,4-2,2). Можно предполагать, что замеры уровня безработицы по методологии МОТ не отражают реальной ситуации на рынке труда области: она все же менее проблемна в занятости, но отнюдь не в качестве рабочей силы.

Социально-экономическое положение домохозяйств. По денежным доходам населения Владимирская область – один из аутсайдеров среди регионов Центра, она замыкает рейтинг, опережая только Ивановскую (рис. 8). Покупательная способность доходов, измеряемая как отношение душевых денежных доходов к прожиточному минимуму, почти вдвое ниже средней по стране, хотя большинство регионов Центра имеет соотношение, близкое к 3/4. Рост покупательной способности доходов явно замедлился по сравнению с началом 2000-х гг., это связано с двумя проблемами. Во-первых, проблемным экономическим положением области - она «зависла» между слаборазвитыми и среднеразвитыми регионами, оказавшись в нижней части «середины». При существующей системе межбюджетных отношений область получает значительно меньше федеральных трансфертов, чем слаборазвитые регионы, которые благодаря федеральным перечислениям быстрее наращивают зарплаты бюджетникам и социальные выплаты населению. Во-вторых, в отличие от федерального бюджета, аккумулирующего огромные нефтяные доходы и затем перераспределяющего часть из них в регионы, внутренних источников повышения доходов населения во Владимирской области немного. В трудоемкой промышленности рост заработной платы ограничивается бизнесом, ведь это растущие издержки, которые сложно заложить в цену продукции - она и так не слишком конкурентоспособна. Владимирская область служит типичным примером промышленного «середняка», проигрывающего от патерналистской политики федеральных властей в отношении слаборазвитых регионов.

Рис. 8. Отношение душевых денежных доходов к прожиточному минимуму в регионах ЦФО, %

Публикуемая Росстатом структура доходов населения области вызывает вопросы. Так, в области удивительно высока доля легальной заработной платы (53%, в среднем по стране - 40%) при чрезвычайно низкой доле скрытой оплаты труда (10% при 25% в среднем по стране). Также неясно, почему именно во Владимирской области самая низкая в ЦФО доля предпринимательских доходов (7%). Более объяснима высокая доля социальных выплат (26%), вдвое превышающая среднюю по стране, - это следствие постарения (высокой доли пенсионеров) и пониженных доходов населения. В Ивановской области доля социальных выплат еще выше (28%), так как выше уровень бедности. В целом структура доходов населения Владимирской области типична для бедного региона, за исключением странных пропорций легальной и скрытой оплаты труда.

В таких регионах, как правило, сглажены внутренние различия в оплате труда по муниципалитетам. Во Владимирской области сглаженность выражена особенно ярко вследствие отсутствия чисто сельских районов и высокой урбанизированности всей ее территории. В крупных городах заработки ненамного выше, чем в других муниципалитетах, и разрыв, за редкими исключениями, почти не растет, а для некоторых городов даже сокращается. Хотя показатели большинства городов «спрятаны» в статистических данных по муниципальному району в целом, но основные тенденции понятны. Более высокий уровень заработной платы и ее опережающий рост характерны только для прилегающего к Московской области Петушинского района, где размещены предприятий пищевой промышленности, ориентированные на столичного потребителя, в частности, кондитерская фабрика “Покров” (рис. 9). Владимир незначительно опережает средние заработки по области, и различия сокращаются, что нетипично для российских регионов – в их центрах обычно концентрируются высокооплачиваемые рабочие места. Большинство промышленных муниципалитетов либо едва достигают среднеобластного уровня оплаты труда (Ковров), либо теряют свои преимущества (Гусь-Хрустальный, Александров, Кольчугино). Ниже всего заработки в депрессивных текстильных районах (Вязниковском, Камешковском) и в более аграрных сельских муниципалитетах (Муромском).

Рис. 9. Отношение среднемесячной заработной платы в муниципалитетах к средней по области, % (средняя =100)

Наряду с территориальным сглаживанием для области типична и невысокая дифференциация населения по доходу: коэффициент фондов (отношение доходов 10% крайних доходных групп) составляет только 8 раз, а в среднем по стране – почти 15 раз в 2005 г. Менее резкая поляризация населения способствует сокращению уровня бедности, однако препятствием является замедленный рост доходов населения в последние годы. Уровень бедности, заметно снизившись в начале 2000-х гг., в последние годы остается более высоким (30%), чем во всех регионах ЦФО, за исключением депрессивной Ивановской области, и почти вдвое превышает средний показатель по стране. Это следствие низких заработков в отраслях промышленности области и существенно меньшей федеральной помощи по сравнению со слаборазвитыми регионами. Кроме того, статистикой не полностью учитываются более высокие доходы той части населения области, которая работает в Москве и Подмосковье. Но даже с учетом скрытых доходов населения Владимирская область относится к регионам с низким уровнем жизни.

Рис. 10. Доля населения с доходами ниже прожиточного минимума в регионах ЦФО, %

Социальная сфера. Если судить по показателям обеспеченности массовыми социальными услугами, Владимирская область занимает далеко не худшие позиции в стране и ЦФО. Но следует понимать, что особой заслуги властей в этом нет – причина в более высокой урбанизированности и сильной депопуляции.

Область лидирует в ЦФО по охвату детей дошкольным воспитанием (74% при среднем про стране 57%), это следствие сверхиндустриальности и высокой женской занятости. Вследствие сильного сокращения рождаемости обеспеченность школами почти не отличается от среднероссийской, это показывает доля учащихся, занимающихся во вторую смену (14% в области и 15% в стране). Как и в других регионах, произошел структурный сдвиг в системе профессионального образования. В советское время во всех высокоиндустриальных регионах оно было ориентировано на подготовку квалифицированных рабочих, однако за 1990-2005 гг. сеть начальных профессиональных учебных заведений в области сократилось с 60 до 50, а число учащихся на 27%, и сокращение было более сильным, чем в целом по РФ (на 19%). И хотя область все еще выделяется более высоким охватом этим видом профобразования на фоне средних показателей по стране, она уже не входит в число лидеров в Центральной России, как это было в 1990 г. Сеть средних специальных учебных заведений не только сохранилась, но и во многом перетянула на себя тех, кто ранее обучался бы в ПТУ. Охват этим видом образования вырос за 1990-2006 гг. почти на треть (с 136 до 179 на 10 тыс. населения) и теперь не отличается от среднего по стране. Развитию высшего образования препятствует близость более привлекательных центров высшей школы - Москвы и Нижнего Новгорода, а также невысокий уровень доходов населения. В области всего четыре высших учебных заведения, сохранившихся еще с советского времени, но в переходный период появилась достаточно широкая сеть филиалов вузов. В результате число студентов по сравнению с 1990 г. выросло в 3,8 раз. Области удалось сократить резкое отставание по числу студентов на 10 тыс. жителей: в 1990 г. оно было двоекратным, а сейчас составляет 73% от среднего по стране (364 и 495 на 10 тыс. населения соответственно).

Состояние здоровья населения и основные показатели обеспеченности услугами здравоохранения остаются проблемными. По уровню заболеваемости область стабильно входит в число лидеров в округе, и причина не только в возрастной структуре населения. В малых городах, многие из которых относятся к числу депрессивных, сложно обеспечить высокий уровень медицинских услуг. По ожидаемой продолжительности жизни область занимает 53 место в стране, опережая в ЦФО наименее развитые и периферийные регионы. Только в младенческой смертности прогресс налицо –за последние четыре года она существенно снизилась и составляет менее 10 на тысячу родившихся. Стандартные показатели обеспеченности ниже средних: и обеспеченность больничными койками (соответственно, 105 на 1000 населения по области, и 111 — по РФ), и обеспеченность врачами и средним медперсоналом, по этим показателям область занимает лишь 82 и 71 место в стране. Видимо, сказывается отток специалистов в столичную агломерацию. В лучшую сторону область выделяется лишь по мощности амбулаторно-поликлинических учреждений, отставая в ЦФО только от Москвы и Липецкой области, это может быть следствием более развитых с советских времен ведомственных учреждений здравоохранения – поликлиник и медсанчастей при фабриках и заводах.

Для всех депопулирующих и староосвоенных областей Центра типична более высокая обеспеченность жильем, и Владимирская область не исключение: в ней на одного жителя приходится 23,2 кв.м., в среднем по стране 20,9. Рост обеспеченности жильем в 1990-е гг. был не в последнюю очередь связан с депопуляцией сельской местности и оттоком населения из депрессивных промцентров. Вследствие более низких темпов экономического роста ввод жилья во Владимирской области на треть ниже, чем в среднем по стране (234 кв. м и 355 кв. м на 1000 жителей соответственно), область отстает и от других регионов вокруг столичной агломерации, за исключением Тульской. Благодаря высокому уровню урбанизации благоустройство жилья сопоставимо с развитыми областями ЦФО и заметно уступает только пристоличной Московской (табл. 3). Самая высокая доля ветхого жилья (до 9%) и жилья, не оборудованного канализацией, характерна для периферийных юго-западных районов — Меленковского и Гусь-Хрустального, где высока доля монопрофильных и депрессивных поселков торфопредприятий.

Таблица 3. Благоустройство жилищного фонда в 2005 г., %

 

Удельный вес общей площади, оборудованной

водо-проводом

канали-зацией

отоплением

газом

горячим водоснабжением

РФ

75,6

71,5

79,8

70,1

62,9

Московская область

83,2

80,7

87,5

75,9

74,8

Владимирская область

78,1

72,8

80,7

90,4

56,7

Ярославская область

77,5

74,5

82,1

89,1

67,5

Рязанская область

72,8

66,7

72,1

92,3

52,6

Ивановская область

64,6

63,7

79,2

87,8

56,5

При значительном уровне бедности (30%) и довольно высоком благоустройстве жилищного фонда область должна иметь значительное число нуждающихся в социальной помощи для оплаты жилищно-коммунальных услуг. Однако доля семей, получающих субсидии на оплату услуг ЖКХ, в области ниже среднероссийской (9,1 и 11,9% в 2005 г. соответственно) и постепенно сокращается. Основные причины – политика региональных властей по сохранению более низких тарифов на ЖКУ и, одновременно, возросшие барьеры «входа» населения в данную программу (усложнение бюрократических процедур, проверки нуждаемости и др.) Как следствие, по охвату населения жилищными субсидиями Владимирская область уступает как более бедной Ивановской, так и более богатой, но имеющей более высокие тарифы ЖКУ Московской.

В целом Владимирская область остается примером индустриального региона, тяжело адаптирующегося к рыночной экономике, и пока слабо реализовавшего преимущества близости к крупнейшей столичной агломерации. Человеческий потенциал области невысок, население сильно постарело и имеет пониженный уровень образования, а следовательно, и невысокую мобильность. Структура расселения со множеством небольших промышленных городов и поселков, с одной стороны, препятствует сильным внутрирегиональным контрастам в доходах, но, с другой стороны, не способствует концентрации ресурсов для опережающего роста областного центра как центра услуг. Положение в коридоре между Москвой и Нижним Новгородом усиливает вымывание населения области без адекватного развития на основе транзитных преимуществ. Область остается одной из самых проблемных в Центральном федеральном округе по уровню безработицы и бедности, низким доходам населения. При этом федеральное внимание и поддержка полудепрессивных промышленных территорий с уровнем развития значительно ниже среднего (между средними и слаборазвитыми субъектами РФ) несопоставимо ниже, чем слаборазвитых республик.

Интегральные индексы. По индексу развития человеческого потенциала Владимирская область находится в нижней части рейтинга регионов, занимая 65 место. Она несколько уступает соседней Московской области не только по доходам, но и по долголетию. По кризисному индексу качества жизни положение региона еще ниже — 71 место в 2005 г., причем за три последних года он потерял 13 пунктов. По индексу инновативности область также в конце рейтинга – на 53 месте, даже при высоком уровне урбанизированности сказывается отсутствие крупногородских центров и неразвитость высшей школы. Относительно высокое (19 место) благодаря влиянию столичного региона область занимает по индексу демократичности.


  
 
Новости | Об институте | Научные программы | Грантовая программа
Единый архив социологических данных | Публикации | Региональная программа | English