В начало
В начало
О программе
О программе

 
Тематические обзоры
Тематические обзоры

Типология регионов
Типология регионов

 
Портреты регионов
Портреты регионов

 
Интегральные
       индексы

Интегральные индексы
 
Грантовая программа
       в регионах

Грантовая программа в регионах
 

Независимый институт социальной политики


Социальный атлас российских регионов / Портреты регионов


Вологодская область

Социальный портрет обновлен с использованием данных, характеризующих регион в целом по состоянию на 2008-2009 гг.

Социальные преимущества: экспортная специализация промышленности, обеспечивающая более высокие доходы бюджета региона и населения ведущего индустриального центра области – г. Череповца; пониженная безработица в целом по области в докризисный период; невысокая дифференциация населения по доходам; относительно благополучная ситуация с обеспеченностью первичными услугами здравоохранения, дошкольного воспитания и общего образования.

Социальные проблемы: зависимость экономики области от одного предприятия; сильнейшая поляризация пространства – концентрация населения, экономической активности и доходов в двух крупнейших городах и их пригородных зонах на фоне демографической и экономической деградации обширной периферии; отставание по темпам роста денежных доходов населения на этапе экономического роста, усугубленное падением доходов в результате нового кризиса; медленное сокращение уровня бедности; низкая доступность качественных социальных услуг для жителей периферии; проблемы качества населения, в том числе пониженное долголетие и уровень образования.


Расселение. Вологодская область расположена в Нечерноземной зоне на границе староосвоенного Центра и Европейского Севера, поэтому ее социальные особенности и проблемы имеют сходство с обоими районами. Особенно явно это проявляется в расселении. При средней плотности населения 9 человек на кв. км, в северных и восточных районах области она не превышает 4 человек на кв. км, что соответствует показателю Сибири. Только более урбанизированное южное ядро (пригородные Череповецкий и Вологодский районы и прилегающие к ним Шекснинский, Грязовецкий и Сокольский) заселено плотнее (от 10 до 70 человек на кв. км). При значительной территории численность населения области почти не отличается от соседних небольших регионов Центра и Северо-Запада и составляет 1,22 млн человек (2008 г.).

Вологда была основана в то же время, что и Москва, и в XVI–XVII вв. была одним из ведущих торговых городов России. С XVIII в. основные торговые пути сместились к новой столице Санкт-Петербургу, и развитие Вологды, как и остальных городов на этой территории, замедлилось. Только в 1950-е гг. благодаря строительству одного из крупнейших в стране металлургических комбинатов начался ускоренный рост Череповца.

По сравнению с большинством регионов Центра и Северо-Запада, Вологодская область менее урбанизирована (доля городского населения 69%) и имеет слаборазвитую сеть городов - местных центров. В половине районов центрами являются либо села (8 из 26 районов) либо поселки городского типа (5 районов). Из 15 городов 11 малых, с численностью жителей от 5 до 16 тыс. человек. В области только два средних города: Сокол, с населением немногим больше 40 тыс. человек, и Великий Устюг (32 тыс. человек). Из двух самых крупных городов индустриальный Череповец (308 тыс. человек) превосходит областной центр Вологду по численности населения (286 тыс. человек). Двоецентрие — самая яркая черта расселения Вологодской области; регионов с аналогичной ситуацией в России очень мало, можно назвать только Кемеровскую область. В советское время индустриальный Череповец рос быстрее областной столицы, но в переходный период ситуация изменилась: за годы между переписями 1989 и 2002 гг. население Вологды выросло на 4,5%, а Череповца — почти не изменилось. Вологда оказалась более притягательной для мигрантов, в том числе из северных регионов, хотя ее экономическое положение хуже по сравнению с Череповцом. Областной центр имеет другие преимущества — более низкую стоимость жизни, развитую сферу услуг и привлекательную городскую среду.

Проблемы сельского расселения в Вологодской области типичны для мелкоселенного Нечерноземья. Каждое десятилетие, начиная с 1970-х годов, более 10% деревень Вологодской области исчезают, потеряв последних жителей. В 1950–1970-е годы основной причиной сокращения сельского населения был миграционный отток, в последние десятилетия исчезновение малых деревень, где живут немногочисленные пенсионеры, происходит из-за естественной убыли. По данным переписи 2002 г., из 8 тыс. сельских поселений области только 9% имеют более 100 жителей, на одну вологодскую деревню в среднем приходится 49 жителей, что в 5 раз меньше среднего показателя по стране. Нежизнеспособность малых деревень в сочетании с демографическими проблемами и низкой транспортной доступностью еще в советское время превратили сельскую местность области в депрессивную зону.

Демография. Численность населения области стала сокращаться несколько позже по сравнению с наиболее постаревшими соседними областями Нечерноземья — Новгородской, Тверской, Ярославской. До сих пор показатели рождаемости и естественной убыли в Вологодской области несколько лучше, чем в наиболее демографически кризисных регионах, и ближе к среднероссийским (рис. 1). Депопуляция характерна для всех муниципальных образований области, различается только ее глубина: в некоторых сельских районах смертность в 2,5 раза выше рождаемости, в Вологде и Череповце — в 1,2 раза.

Скорость депопуляционных процессов в области, нараставшая в конце 1990-х – середине 2000-х гг., в последние годы убавилась. Вместе с общестрановым трендом в Вологодской области продолжала расти рождаемость (до 12,5 промилле), немного снизился и коэффициент смертности (16,2 промилле). В результате естественная убыль населения, которая в 2003 г. приближалась к значению -10 промилле в год, в конце 2000-х гг. заметно сократилась (до -3,7 промилле). Однако, как показывают исследования демографов, эти тенденции носят конъюнктурный характер и не могут считаться долгосрочными, т.к. они связаны с особенностями благоприятной возрастной структуры населения, сложившейся к настоящему времени.
Рис. 1. Коэффициенты рождаемости, смертности и естественного прироста (убыли)
в Вологодской области и соседних регионах с максимальной депопуляцией, на 1000 населения

Половозрастная структура населения области менее деформирована, чем у наиболее проблемных регионов-соседей, доля населения старше трудоспособного возраста (21%) близка к средней по стране, как и средний возраст жителей. Однако в сельской местности многолетний миграционный отток привел к резкому постарению: более четверти сельских жителей были старше трудоспособного возраста, а среди сельских женщин — более трети. По сравнению с Псковской областью, где более 44% сельских женщин старше трудоспособного возраста, это еще не самый худший показатель, но все же демографическая деградация села — одна из острейших социальных проблем Вологодской области.

В послевоенные десятилетия (1950–1970-е годы) Вологодская область была миграционным донором для Европейского Севера, особенно для Мурманской области, куда ехала на заработки молодежь из сел и малых городов. В переходный период ситуация изменилась, область оказалась на границе зон притока мигрантов (центр и запад страны) и оттока (север). В отличие от других регионов зоны притока, где значительную часть прибывших составили мигранты из стран СНГ, в Вологодской области велика доля возвратных миграций северян, особенно старших трудоспособных и пожилых возрастов. К началу 2000-х годов, когда стрессовые миграции в основном завершились, миграционный прирост в области снизился до минимального уровня (3-4 на 10 тыс. населения) и компенсировал менее 3% естественной убыли. Ситуация в Вологодской области не самая худшая — некоторые менее развитые регионы-соседи уже испытывают миграционную убыль: в Кировской и Костромской областях она стала устойчивой тенденцией, в Тверской области проявлялась в отдельные годы (хотя в конце 2000-х сальдо миграций здесь вновь стало стабильно положительным). В ближайшие годы миграционная ситуация в Вологодской области вряд ли улучшится, притягательными для мигрантов осталась только крупнейшая агломерация Северо-Запада (Санкт-Петербург с Ленинградской областью) и отчасти Ярославская область.

Экономика. На примере Вологодской области особенно ярко видна зависимость экономической ситуации в регионах России от отраслевой структуры экономики. Благодаря одному из крупнейших металлургических холдингов страны — "Северстали" — Вологодская область входит в группу регионов — экономических лидеров: ее душевой ВРП выше среднего по стране и максимальный среди всех субъектов Северо-Запада, не считая нефтедобывающего Ненецкого АО (рис. 2). В межбюджетных отношениях область со второй половины 1990-х годов является регионом-донором и не получает трансфертов из Фонда финансовой поддержки регионов. Число таких субъектов-доноров максимально достигало 18-20 в 2003-2007 гг. в связи с ростом доходов нефтедобывающих и других ресурсно-экспортных регионов. Значимость "Северстали" для Вологодской области подтверждается и тем фактом, что она дает около 70% всех налоговых поступлений в региональный бюджет.
Рис. 2. Отношение душевого ВРП субъектов Северо-Запада к среднему по России (РФ=1),
в постоянных ценах 2005 г. с поправкой на стоимость жизни в регионе, раз

В структуре промышленного производства более половины приходится на долю черной металлургии, Вологодская область дает более 16% всей российской стали и проката. Благодаря переориентации черной металлургии на экспорт с середины 1990-х годов, спад промышленного производства в Вологодской области был менее сильным, чем в других регионах Северо-Запада и в целом по стране (рис. 3). При схожих со среднероссийскими темпах восстановления объем промышленного производства Вологодской области в 2007 г. превзошел докризисный уровень 1990 г. на 6% (в среднем по стране уровень восстановления составил только 82%). Среди других регионов металлургической специализации столь же позитивная динамика была характерна только для Липецкой области.

Но опора на одну отрасль не может обеспечить устойчивого развития: по темпам роста Вологодскую область уже в начале 2000-х гг. стремительно опередила Ленинградская область и догнала Новгородская, не имеющая столь же мощных экспортных производств. Преимущество выгодной специализации имеет свою оборотную сторону — динамика развития Вологодской области жестко зависит от ситуации на мировом рынке черных металлов и положения ведущего предприятия, что вряд ли можно считать устойчивым фундаментом для экономического роста. Это со всей очевидностью продемонстрировал новый экономический кризис 2008-2009 гг. Из-за плохой конъюнктуры цен и снижения спроса на продукцию черной металлургии Вологодская область, как и другие регионы схожей специализации, оказалась одной из первых "жертв" кризиса. Ее промышленное производство начало быстро сокращаться еще в ноябре 2008 г., а в декабре спад достиг максимальных значений (-38% к декабрю 2007 г.). На фоне других регионов Северо-Запада промышленный спад был самым сильным, но и выход из кризиса начался раньше, в середине 2009 г., благодаря улучшению конъюнктуры на мировом рынке.
Рис. 3. Динамика промышленного производства регионов Северо-Запада к 1990 г. (1990=100%), %

Моноотраслевая структура экономики, сложившаяся в переходный период, усугубляется тем, что в Вологодской области пока не удалось преодолеть сильный спад в лесной и деревообрабатывающей промышленности, машиностроении, текстильной отрасли. Здесь положительная динамика сохранялась только в отдельных городах и районах с более устойчивыми предприятиями лесной и деревообрабатывающей промышленности (Шекснинский район), пищевой и текстильной (Великий Устюг).

Распределение объемов промышленного производства по городам и районам еще раз подтверждает доминирующую роль "Северстали" и Череповца в экономике области (рис. 4). Если бы не было Череповецкого металлургического комбината, область не отличалась бы от своих наиболее проблемных соседей — Костромской и Кировской областей. Из других крупных предприятий области только подшипниковый завод в Вологде и химическое предприятие "Аммофос" в Череповце смогли сохранить относительную устойчивость при переходе к рыночной экономике, но по объемам производства они несопоставимы с "Северсталью".
Рис. 4. Доля отдельных муниципалитетов в объеме промышленного производства области в 2003 г.

Благодаря инвестициям в модернизацию Череповецкого металлургического комбината душевые показатели инвестиций в основной капитал в Вологодской области в 2004-2007 гг. в 1,3-2 раза опережали средние по стране (рис. 5). Кроме того, успешное развитие компании повышало доходы бюджета и населения, что генерировало спрос на жилье: если в 2000 г. по душевому вводу жилья Вологодская область на четверть отставала от средних показателей по стране (158 и 207 кв. м на 1000 населения соответственно), то в 2008 г. она сравнялась с ними (448-451 кв. м). Новый экономический кризис сильно ударил по инвестициям в основной капитал: их объем сократился в области намного сильнее среднего по стране – на 1/3 за январь-август 2009 г. по крупных и средним предприятиям и организациям (в среднем по РФ – на 12%).
Рис. 5. Душевые инвестиции в основной капитал, % к средним по РФ (РФ=100%)

Сельское хозяйство, как и в других нечерноземных областях, остается кризисным сектором экономики. Поголовье скота с 1990 г. сократилось в области в 3 раза (в РФ – в 2,7 раза). По данным за 2003 г. эта тенденция сохранялась во всех районах, разница только в темпах спада: в пяти отдаленных районах поголовье крупного рогатого скота за год уменьшилось на 20–25%, в пригородных — на 3–8%. Область специализируется на производстве молока, но объемы производства растут только в пригородных районах более заселенного и транспортно освоенного юга, т.е. вблизи рынков сбыта. На 4 района из 26 (Вологодский, Череповецкий, Грязовецкий и Шекснинский) приходится более половины производимого в области молока. В остальных отраслях агросектора устойчивый рост имеют только крупные птицефабрики, все они расположены вблизи Вологды и Череповца или между ними (Шекснинский район). В результате товарное сельское хозяйство концентрируется в нескольких пригородных районах, а на обширной периферии области агросектор деградирует, выживая только за счет деятельности – лесозаготовок.

В индустриальной экономике Вологодской области и в советское время, и в переходный период был слабо развит сектор услуг. В начале 2000-х появились положительные сдвиги: за 1999–2002 гг. доля услуг в ВРП области выросла с 26 до 36% (в среднем по регионам страны услуги дают почти половину ВРП). Рыночные услуги быстрее развиваются в Вологде и Череповце, хотя официальная статистика не всегда может это измерить. По данным областного статкомитета за 2003 г., на два крупнейших города совокупно приходится только половина товарооборота розничной торговли, что равно доле жителей этих городов во всем населении области. Вряд ли эти данные соответствуют действительности при существующих различиях в заработках населения крупных городов и остальных районов области.

Более достоверными выглядят душевые показатели реализации платных услуг населению, по ним крупные города и периферия различаются на порядок. Отчасти это объясняется тем, что в крупных городах выше расходы на оплату жилья и коммунальных услуг, транспорта и связи. Но, помимо этих вынужденных расходов, жители крупных городов тратят больше денег и на отдых, развлечения, услуги сотовой связи, Интернет, модернизируя тем самым потребление. Жители большинства районов области не имеют таких возможностей из-за низких заработков и слаборазвитой сети городов — местных центров, поэтому территориальные диспропорции в развитии рыночных услуг нарастают. Однако численность населения Вологды и Череповца недостаточна для формирования крупных центров рыночных услуг, а в областном центре этому препятствуют и относительно низкие доходы населения. В результате по душевому обороту розничной торговли область уступает почти всем своим соседям. Региональные власти пытались ускорить развитие сектора услуг за пределами крупных центров, создав имиджевый проект для Великого Устюга: город был объявлен родиной деда Мороза и включен в зимние рекреационные туры. Однако росту массового туризма препятствует дефицит мест в гостиницах области и недостаточный уровень их благоустройства.

Занятость и рынок труда. Если рассматривать докризисный период, в целом по области ситуация на рынке труда выглядела благополучной — экономическая активность (69%) и уровень занятости населения (65%) превышали среднероссийские показатели. В переходный период отраслевая структура занятости претерпела изменения, типичные для всех регионов: почти вдвое выросла доля занятых в торговле при двукратном сокращении занятости в строительстве, увеличилась и занятость в бюджетных отраслях (рис. 6). Но есть и отличия. Во-первых, структура занятости в области осталась более индустриальной: доля занятых в промышленности на четверть выше среднероссийской, а их численность сократилась только на 16% (в РФ — более чем на треть). Во-вторых, область находится в маргинальном для сельского хозяйства Нечерноземье, что привело к более сильному сокращению аграрной занятости, численность работников отрасли снизилась на треть (в РФ — только на 18%). В результате места приложения труда теперь сконцентрированы в промышленности, бюджетной сфере и торговле.
Рис. 6. Структура занятости по отраслям экономики (ОКОНХ), %

Структура занятых по отраслям промышленности отличается от структуры промышленного производства из-за разной трудоемкости отраслей. По численности занятых в Вологодской области выделяются две ведущих отрасли – черная металлургия и лесная промышленность (с деревообрабатывающей и целлюлозно-бумажной), в каждой из них занято по 1/4 всего промышленно-производственного персонала. Третью позицию занимает машиностроение. С учетом разного экономического положения этих отраслей можно оценить внутрирегиональные проблемы промышленной занятости: они наиболее остры в небольших городах и поселках, где концентрируется лесопереработка, чувствительны в Вологде, специализирующейся на машиностроении и легкой промышленности, и практически отсутствуют в Череповце.

Малый бизнес развит в области слабо, доля занятых в нем не превышает 10% (в РФ – 14%) и не растет с начала 2000-х гг. Это следствие и объективных факторов – слаборазвитости крупных городов-центров и низкой плотности населения, и проблем предпринимательского климата.

По сравнению с подавляющим большинством регионов Северо-Запада и страной в целом Вологодская область почти весь переходный период и в течение 2000-х гг. имела более низкий уровень общей безработицы, измеряемой по методологии МОТ (рис. 7). В 2007 г. он сократился до 4%, это один из самых низких показателей среди регионов России, за исключением федеральных городов и прилегающих к ним агломераций.
Рис. 7. Динамика общей безработицы в субъектах Северо-Запада, %

Однако за благополучными среднеобластными показателями скрыты проблемы занятости на локальных рынках труда. Внутренние различия в основном объясняются центро-периферийным неравенством, их можно измерить по зарегистрированной безработице. В Вологде, Череповце и в прилегающем к нему районе она была минимальной, а почти во всех остальных муниципалитетах превышала среднеобластную, достигая максимума в "медвежьих углах" (рис. 8). Основная проблема локальных рынков труда – незначительное предложение новых рабочих мест в периферийных районах даже в период экономического роста.
Рис. 8. Уровень зарегистрированной безработицы по городам и районам в 2003 г., %

Экономический кризис 2008-2009 гг. серьезно ударил по рынку труда Вологодской области, наибольшие проблемы занятости сконцентрированы в ведущем промышленном центре – г. Череповце. Уровень зарегистрированной безработицы вырос до максимальных показателей на Северо-Западе и среди соседних регионов ЦФО. Показатели безработицы в области остаются устойчиво высокими (около 4%): из-за недостатка новых рабочих мест для высвобожденных работников напряженность на рынке труда сохраняется. При этом область отличается от металлургических регионов Урала и регионов машиностроительной специализации Поволжья и Центра меньшим уровнем скрытой безработицы (административные отпуска и неполная занятость): за 2009 г. ее уровень сократился с 4,7% в 1-м квартале до 2,7% в декабре 2009 г. Это свидетельствует о менее сильном давлении на бизнес со стороны областных властей, что может способствовать санацию неэффективных рабочих мест и вкупе с поддержкой безработных позволит в перспективе быстрее модернизировать рынок труда.

Социально-экономическое положение домохозяйств. По покупательной способности доходов населения, измеряемой как отношение среднедушевых доходов к прожиточному минимуму, Вологодская область ближе не к регионам-лидерам, а к среднеразвитым регионам. В Северо-Западном федеральном округе она уступает большинству регионов, за исключением менее развитых. Благодаря более быстрому экономическому росту после дефолта 1998 г. вызванное им падение доходов населения было компенсировано уже к 2002 г. Однако в последующем по темпам роста душевых денежных доходов область отставала от менее развитых соседних регионов из-за опережающего роста в последних заработной платы бюджетников. Проблемы занятости, спровоцированные кризисом 2009 г., негативно отразились на динамике доходов населения (-14% к уровню 2008 г.). Даже принимая во внимание недостаточную точность измерений денежных доходов в регионах России, можно констатировать, что снижение доходов населения Вологодской области было одним из наиболее резких среди всех субъектов РФ (табл. 1).

Таблица 1. Отношение душевых денежных доходов к величине прожиточного минимума в субъектах Северо-Западного федерального округа, в среднем за год, %

 

1997 г.

1999 г.

2002 г.

2007 г.

2008 г.

Санкт-Петербург

224

148

203

431

376

Республика Коми

266

223

271

326

305

Мурманская область

233

205

214

268

277

Ленинградская область

167

107

127

287

272

Архангельская область

168

115

186

253

266

Калининградская область

173

136

141

289

264

Вологодская область

206

133

191

270

256

Новгородская область

213

157

172

226

255

Псковская область

164

113

178

236

251

Республика Карелия

208

160

211

229

229

РФ

227

176

218

328

330

Как и во всех индустриально-экспортных регионах, в структуре денежных доходов населения Вологодской области выше доля заработной платы, она достигает 55% (в среднем по РФ — 45%). В начале 2000-х гг. Вологодская область отличалась от многих регионов страны сглаженными различиями заработной платы по отраслям экономики, особенно меньшим отставанием сельского хозяйства и относительно невысокой оплатой труда в управлении (рис. 9-А). В конце 2000-х гг. различия стали ближе к среднероссийским, в том числе из-за опережающего роста заработков в сфере управления. Исключение по-прежнему составляет обрабатывающая промышленность, в которой дифференцирующим фактором являются более высокие заработки в экспортно-ориентированной черной металлургии, а также в химической отрасли (рис. 9-Б).
Рис. 9. Отношение заработной платы по отраслям (2002 г.) и видам экономической деятельности (2008 г.)
к средней по экономике в Вологодской области и по России в целом (среднее = 100), %

Сохранившееся меньшее отставание заработной платы в сельском хозяйстве от среднеобластной обусловлено экономическими и расселенческими причинами. В зоне между Вологдой и Череповцом, где концентрируется сельское население области, сельское хозяйство более жизнеспособно благодаря близости рынков сбыта и меньшим затратам на транспортировку. Как следствие, и заработная плата занятых в сельском хозяйстве пригородных районов выше, достигая 70% от среднеобластной. В удаленных сельских районах, не имеющих центров переработки и сбыта сельхозпродукции, заработки в сельском хозяйстве чрезвычайно низки — около трети от среднеобластных, в каждом из периферийных сельхозпредприятий всего по несколько десятков занятых. Хотя проблемы убыточности сельского хозяйства в периферийных районах Нечерноземья существовали десятилетиями, внутрирегиональные различия в заработках занятых в агросекторе стали такими резкими только в годы экономического роста.

По сравнению с различиями оплаты труда в агросекторе территориальная дифференциация средней заработной платы по районам выражена слабее. Среди муниципалитетов выделяется только индустриальный Череповец, где средние заработки почти на 40% выше, чем в Вологде, и в 3 раза выше, чем в отдаленных сельских районах. Заработки в промышленности подавляющего большинства районов не превышают средней заработной платы по области, что говорит о проблемах развития пищевой и лесоперерабатывающей отраслей.

При менее сильной отраслевой и территориальной дифференциации заработной платы (за исключением Череповца) меньше и неравенство населения по доходу: коэффициент фондов составлял в 2008 г. только 12,4 раз (в среднем по РФ – 16,9 раз). Со второй половины 1990-х годов область сохраняла более низкий уровень бедности по сравнению со среднероссийским (рис. 10). Только при сильных экономических шоках, каким было постдефолтное снижение доходов, доля бедного населения стремительно повышалась, но на короткий срок. Динамика последних лет показывает, что с каждым годом добиваться дальнейшего снижения бедности все сложнее. Лимитирующими факторами являются невысокие доходы населения по сравнению с другими экспортными регионами и невысокие темпы роста доходов в последние годы. Именно поэтому начиная с середины 2000-х гг. доля бедного населения в области сокращается медленно и превышает среднероссийские значения.
Рис. 10. Доля населения с доходами ниже прожиточного минимума по субъектам Северо-Западного ФО, %

Социальная сфера. Низкое качество населения — одна из серьезных проблем Вологодской области. Прежде всего следует выделить проблемы здоровья и асоциального образа жизни, которые отражаются в пониженной ожидаемой продолжительности жизни мужчин — 60,4 года в 2008 г. (в среднем по РФ — 61,8 год). В сельской местности области мужчины живут еще меньше — 58,9 лет (в среднем по РФ – 60 лет). Пониженное долголетие характерно для всех регионов Нечерноземья и во многом объясняется алкоголизацией населения, особенно сельского. Справедливости ради надо отметить, что инвестиции в первичное звено здравоохранения в рамках национального проекта "Здоровье" улучшили лекарственное обеспечение и повысили доступность медицинской помощи в сельской местности и малых городах. Это позволило снизить преждевременную смертность от внешних причин и позитивно сказалось на динамике продолжительности жизни. Для сравнения, в 2003-2005 гг. разрыв в значениях ОПЖ для сельских мужчин в области и в среднем по стране превышал 3 года.

Во многом с той же проблемой доступности медицинской помощи при дисперсном расселении и редкой сети городов связано и замедленное сокращение младенческой смертности в первой половине 2000-х гг. Улучшение ситуации в последние годы, в том числе благодаря частичной модернизации в сфере родовспоможения, способствовало сокращению младенческой смертности в области ниже среднероссийского уровня. Однако сравнивая показатели экономически "сильных" регионов Европейской части, можно увидеть, что во всех остальных регионах-лидерах младенческая смертность еще ниже (рис. 11), а схожие с Вологодской областью проблемы характерны также для слабозаселенного Пермского края.
Рис. 11. Динамика младенческой смертности в относительно развитых регионах Европейской части России, промилле

Как показывает опыт республики Коми, негативное влияние фактора расселения можно уменьшить, но для этого нужны как серьезные инвестиции в здравоохранение, так и более высокая обеспеченность врачами. В Вологодской области многие годы этот показатель крайне низок (36 врачей на 10 тыс. жителей, в РФ — 50), как и в других регионах федерального округа, не относящихся к зоне Севера. Оценивать развитие здравоохранения по обеспеченности средним медперсоналом или больничными койками не имеет смысла из-за специфики расселения в Нечерноземье. Как правило, эти показатели выше среднероссийских, так как при мелкоселенности доступность первичных медицинских услуг обеспечивается густой сетью сельских фельдшерско-акушерских пунктов, амбулаторий и участковых больниц, но качество предоставляемых ими услуг остается низким. Качественные медицинские услуги в Вологодской области труднодоступны для значительной части жителей из-за малочисленности и неразвитости городов — местных центров.

Уровень образования также невысок, особенно среди мужского населения: высшее образование, включая неполное, имеют только 21% занятых в области (в среднем по РФ — почти 29%). Гендерные контрасты особенно велики в сельской местности, где доля имеющих и высшее, и среднее профессиональное образование среди занятых женщин в 2 раза выше, чем среди занятых мужчин. В области нет крупных центров высшей школы (впрочем, как и почти на всем Северо-Западе), эту функцию издавна монополизировал Санкт-Петербург. В переходный период, когда начался процесс регионализации высшей школы, Вологодская область не смогла сократить отставание: в 2003-2008 гг. численность студентов вузов в расчете на 10 тыс. населения была на четверть ниже средней по стране. Повышенный охват детскими дошкольными учреждениями типичен для индустриальных регионов, в области он составляет 78% при 59% в РФ, схожие показатели имеет большинство других субъектов округа. Обеспеченность школами немногим лучше средней по стране, во вторую смену учатся 11% школьников (в РФ — 13%). Объясняется это большой долей малокомплектных сельских школ и низкой рождаемостью в области.

При этом бюджетные расходы на социальные цели (скорректированные на стоимость жизни в регионе) выше, чем у подавляющего большинства соседей по округу, за исключением более богатых Санкт-Петербурга и республики Коми (табл. 2). Но эти средства расходуются прежде всего на поддержание сети учреждений социальной сферы и выплату заработной платы, поэтому социальные эффекты от значительных бюджетных расходов невелики. Проблема повышенных расходов на содержание сети учреждений объективно существует во всех северных или мелкоселенных нечерноземных регионах, а Вологодская область имеет черты каждого из этих типов.

Таблица 2. Социальные расходы консолидированных бюджетов субъектов Северо-Западного ФО в 2008 г.

 

 

Душевые социальные расходы, к средним по РФ*

Доля расходов во всех расходах консолидированного бюджета субъекта РФ, %

Образо-вание

Здравоох-ранение

ЖКХ

Социальная политика

Республика Карелия

113

26,1

17,1

5,9

14,9

Республика Коми

101

24,3

12,5

11,4

15,1

Архангельская область

94

24,3

11,5

14,9

12,4

Вологодская область

104

22,9

11,9

9,3

16,0

Калининградская область

89

23,3

13,3

16,0

13,0

Ленинградская область

90

24,0

12,5

14,1

11,4

Мурманская область

115

26,4

13,6

14,1

13,8

Новгородская область

87

20,9

13,2

16,5

14,1

Псковская область

74

26,7

14,0

9,3

14,4

г. Санкт-Петербург

161

15,1

17,2

28,3

10,9

* Расходы рассчитаны с поправкой на стоимость жизни в регионе.

В структуре расходов бюджета Вологодской области на социальные цели приоритетное место занимают расходы на социальную политику. Душевые расходы на социальную политику (с учетом стоимости жизни) на 20% выше среднестрановых, на Северо-Западе область уступает только "богатому" Санкт-Петербургу и нефтяному Ненецкому АО (рис. 12). Несмотря на резкое снижение доходов консолидированного бюджета области за 2009 г. (-21%) из-за почти пятикратного сокращения поступлений налога на прибыль, ее расходы на социальную политику выросли на 16% (в среднем по регионам – на 26%).
Рис. 12. Душевые расходы консолидированных бюджетов субъектов РФ на социальную политику в 2003 г.
(с поправкой на стоимость жизни в регионе), в % к средним по РФ

Во второй половине 2000-х гг. Вологодская область резко выделялась очень высокой долей семей, получающих субсидии на оплату ЖКУ (до 20% в 2007-2008 гг.). Существенному расширению круга получателей жилищных субсидий способствовал очень низкий порог входа в программу: региональный стандарт максимально допустимой доли (МДД) расходов на оплату ЖКУ в совокупном доходе семьи был установлен на уровне 10% (при федеральной норме в 22%). Бюджетный кризис 2009 г. заставил власти области пересмотреть подходы к оказанию социальной поддержки и усилить ее адресность: МДД была увеличена до максимальных 22%, что позволило сузить круг получателей и уменьшить размер оказываемой помощи.

Несмотря на социальную ориентированность и относительно высокие душевые расходы, бюджетная политика региональных властей не может обеспечить значимого социального эффекта, измеряемого ростом качества населения. Этому мешают объективные ограничения — низкая урбанизированность и неразвитость сети городов, недостаточная социальная мобильность населения, медленная модернизация образа жизни, т.е. классические черты периферийности. В течение 2000-х гг. происходили определенные положительные сдвиги в социальной сфере, но для преодоления существующих барьеров нужны расходы иного порядка (в первую очередь на образование и развитие инфраструктуры), которые области не по силам. Лучшие потенциальные возможности для модернизации социальной сферы имеют только два крупных города, поэтому в ближайшие годы разрыв между ними и обширной периферией Вологодской области будет только нарастать. Но для ускоренной модернизации Вологде не хватает финансовых и человеческих ресурсов, а индустриальному Череповцу мешает унаследованная недоразвитость сектора услуг.

Интегральные индексы. Благодаря повышенному уровню душевого ВРП, который нивелирует пониженные показатели продолжительности жизни и охвата населения образованием, Вологодская область вошла в группу регионов с максимальными значениями индекса развития человеческого потенциала (11-12-е места в рейтингах 2004-2006 гг.). Основной вклад в позитивную динамику ИРЧП в области внесло существенное увеличение продолжительности жизни в регионе. Тем не менее по сравнению с другими наиболее экономически развитыми регионами отдельные компоненты ИРЧП Вологодской области сбалансированы хуже. Расчеты кризисного индекса качества жизни по регионам ограничены 2002-2005 гг. За этот период отдельные показатели – компоненты индекса – в целом имели тенденцию к улучшению, но не опережающими темпами (кроме продолжительности жизни). Поэтому хотя значения индекса качества жизни увеличивались, область постепенно теряла позиции в рейтинге регионов. По экспертной оценке уровня демократичности за десятилетие 1991- 2001 гг. Вологодская область занимает 19-е место в списке, однако в рейтинге по пятилетней ("текущей") оценке (2000-2004 гг.) область располагается только в срединной зоне списка регионов. В рейтинге индекса инновативности, рассчитанного по новой методике, область находится только в шестом десятке российских регионов. За неимением крупных вузов и научных центров, ее отставание существенно практически по всем компонентам индекса, кроме доли затрат на инновации в ВРП.



Чепуренко А.Ю. Социально-трудовые отношения в российском малом предпринимательстве и возможности государственной политики (Москва, Московская, Вологодская, Воронежская области и др.)


  
 
Новости | Об институте | Научные программы | Грантовая программа
Единый архив социологических данных | Публикации | Региональная программа | English